Песни елены 1. …я знала

 Автор: Юрий Юрченко

ПЕСНИ ЕЛЕНЫ 1ПЕСНИ ЕЛЕНЫ

1.

…Я знала о любви не много,

Пока вдруг в зарослях аканта

Не повстречалась с юным богом –

Певцом, поэтом, музыкантом…

…Он сел, поджав босые ноги,

В траве затих мышиный шорох,

Когда он стал играть – о, боги!.. –

На дудке длинной, камышовой…

…И позабыла – где живу я,

И растеряла все слова я,

И опустилась на траву я,

И долго бога целовала…

…И – ночь пришла, за ней – другая.

И как же было хорошо нам!..

…Меня будил он днем, играя

На длинной дудке камышовой…

…Качали волны берег зыбкий,

И пело все, и ликовало…

Мой бог – с божественной улыбкой –

Дарил цветы мне и кораллы…

…Но небо ревностью пылало –

И беспредельно было горе,

Когда, ныряя за кораллом,

Он утонул в Эгейском море…

…И, сидя на краю безумья,

Поджав, как он, босые ноги,

В теченье долгих семи лун я

Все плакала о юном боге…

…И ночь безбрежная молчала,

И Путь во мгле терялся Млечный,

И жизни брезжило начало –

Безрадостной и бесконечной…

Мерцающим холодным светом

Светилась лунная дорога…

…Ах, оказалось, был он смертным,

Хоть был во всем похож на бога…

 

2.

…Все хорошо, и для тоски-кручины

Нет повода, и ласков друг случайный,

Но часто мне, без видимой причины,

Становится вдруг грустно и печально…

…Красив рассвет сиренево-лиловый,

И тень орла, парящего над лесом…

Но я во сне все время вижу снова

Долины и холмы Пелопоннеса…

…Ах, этот сон – с годами – все короче…

…Вновь шелк прозрачный сбрасываю с плеч я,

Вновь заполняют дни мои и ночи

Чужие люди, песни и наречья…

Лишь запах лавра, залетевший с ветром,

Приносит в сон недолгую усладу:

На колеснице, в небе предрассветном,

Я объезжаю спящую Элладу…

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

…Бессмертна я, и грусть моя – бессмертна…

Одна ли я, иль с кем-нибудь вдвоем –

Тоска моя, печаль моя – безмерна,

Бессмертно одиночество мое…

3. «Месхетинская цыганка»

…Я с рожденья была отмечена

Божьим знаком, волшебным светом,

И в молитвах с утра до вечера

Я росла… Ну, да что об этом!..

Злые всадники ночью лунною

Налетели однажды летом

И в Стамбул, привязав к седлу меня,

Увезли… Ну, да что об этом…

…И в змеиную клетку бросили,

И пыталась уйти – да где там!..

И – со змеями вместе – продали

Азиату… Да что об этом…

Днем – одна… Только небо ясное,

Только птицы над минаретом…

Ночью – турку с глазами красными

Отдавалась… Да что об этом!..

…И подушка – навеки мокрая…

И Месхети – виденьем, бредом…

Знаю: скоро умру, как многие

До меня… Ну, да что об этом…

Свет от пламени гиблый, трепетный…

И к вершинам, в туман одетым,

С южным ветром несчастный пепел мой

Улетит… Ну, да что об этом…

4. «Колыбельная»

…Если б я такой силой владела –

Унесла б тебя, в край улетела

Где поет соловей – Филомела…

Я следы бы запутала,

Я бы так тебя спрятать сумела –

Как сокровище Фрикса и Геллы –

Я б тебя легким облаком белым

Обняла б и окутала…

Мы бы жили с тобою у речки,

Только мы – больше ни человечка,

Лишь – волшебные овен с овечкой

Из отары Озириса…

Ты сидел бы себе на крылечке,

Да царапал бы рифмы-словечки

На пластинках из воска, дощечках,

Черепках и папирусах…

Там красивые разные виды –

В рощах птицы там – Мелеагриды,

Там – у берега – лань Артемиды

Лунной ночью купается…

Там наяды поют, аониды…

Все невзгоды, все боли-обиды

Среди гор и долин Арголиды

Тают и забываются…

 

Телефонный разговор …и он зовет

 Автор: Юрий Юрченко

ТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР …И он зовет тебяТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР

…И он зовет тебя. Он – добрый, крокодил.

С таким в разведку б я, и в баню бы ходил.

…И как обычно – как всегда – как много лет –

Ты отвечаешь односложно: «Да» и «Нет».

Сначала – честно: про соборы да мосты…

И вдруг срываюсь: «…тут лететь-то до Москвы!..

Я буду в воздухе буквально через час!..»

Ты обрываешь: «Еще рано… Не сейчас…»

Твой голос сдержанный над Лондоном плывет…

А рядом девушка, Коломба – кофе пьет…

Я говорю тебе про Темзу, про дожди,

Ты отвечаешь: «Еще рано, подожди…»

И продолжаешь: «…В этом, может, есть зерно…»

А я кричу: «…Тебя однажды, все равно,

Подбросит мысль в ночи, будильником звеня,

Что жизнь прошла твоя бездарно – без меня!…

Я – подожду и год, и двадцать – не беда, –

Поэт и в семьдесят – мужчина хоть куда,

Твоя судьба – как ни крутись – предрешена!.. –

Но не затягивай, все ж, слишком…» –

                                                                  тишина… 

…Твое дыхание над Лондоном парит…

«Ай нид ю, дарлинг», – мне Коломба говорит

И – в ночь джеймсбондову – стоит, окно раскрыв…

…Что нужно Лондону – то рано для Москвы.

Белорусский вокзал небо затянуто серою

 Автор: Юрий Юрченко

БЕЛОРУССКИЙ ВОКЗАЛ Небо затянуто серою коркоюБЕЛОРУССКИЙ ВОКЗАЛ

Небо затянуто серою коркою…

Прожито. Пройдено. Крест.

Вот и кончается улица Горького –

Ночь… Барановичи… Брест…

Ловится, помни, – в купе, или в номере –

Каждое слово и звук…

Входишь в ОВИР, чтобы выйти в Ганновере

И оглядеться вокруг…

Поезд отправится дальше, до Кёльна,

И – закружит карусель…

Быстро привыкнешь и будет небольно:

Вена… Лозанна… Брюссель…

Что же терять мне, колымскому школьнику? –

Нет, ничего мне не жаль.

Катится глобус по полю футбольному –

Бостон, Мадрид, Монреаль…

В этом таланте есть что-то порочное –

Всюду быть – в меру – своим…

Вот и кончается повесть о Родине –

Мюнхен… Иерусалим.

Небо закатное, серое, мутное,

Вот – обагрились края…

…Дай задержаться же, хоть на минуту мне,

Господи, воля Твоя…

 

 

* * *

Остров i. солдатские песни 1

 Автор: Юрий Юрченко

ОСТРОВ   IОСТРОВ

 

I. Солдатские песни

1

Есаул взмахнет ли саблей,

Или встречен будешь пулей –

Саксаул – болотной цаплей –

Встанет в вечном карауле…

Будешь тихо, беззаботно

Под свинцовым небом низким

На песке лежать холодном

В красных ветках тамариска…

Не могли ответить карты –

Впереди засада, сзади ль:

Прорывался по пескам ты

Сквозь кольцо казачьих сабель…

Но уже спешить не нужно:

Меж песчаными горбами

Нас февраль заносит вьюжный

Леденистыми коврами…

2

      …Ветер бешеный свистит –

      Часовой один не спит…

      …Бьется ветер снеговой –

      Смотрит в темень часовой.

      . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 

…Под кошмою, промерзшая плоть,

Согревайся, лежи…

Вот уже перестали колоть

Ледяные ножи…

Над кошмою – все свищут ветра,

И пески – без конца…

Тает лед на ресницах, и страх

Отпускает сердца…

…Холод к месту приковал…

Снег влетает в рукава…

…Зверя плач ли, ветра вой…

Замер, съежась, часовой…

…Сладко спать под шерстистой кошмой –

Как на печке – теплынь…

Снится, вязкий полуденный зной

И степная полынь…

Про пески, про дорогу, про снег –

Что расскажешь, кому?..

…Ходит тихая, добрая смерть,

Поправляет кошму…

…Прикрывается кошмой,

Замерзая, часовой…

…Ветер над кошмой свистит –

Часовой усталый спит…

3

…Лают псы по окрестным дворам,

Генерал на коне – щелк, да щелк…

И команды летят по рядам:

С третьей ротой прощается полк.

Капельмейстер к оркестру спиной,

А к погибшим героям – лицом…

«Гроб-то, справа, – пустой!..»

«Не пустой –

В нем рука с обручальным кольцом…»

Трубы медные, серебряные:

«Тру-ту-ту!.. Тру-ту-ту!.. Тру-ту-ту!..»

Барабаны вторят медленно им:

«Пам-пар-бам… пам-пар-бам… пам-пар-бам!..»

Полк привычно-устало стоит на ветру,

                                                                 на ветру,

                                                                                 на ветру,

И земля сухая стучит по гробам,

                                                        по гробам,

                                                                           по гробам…

…Трам-парам-пам-парам-бом-бом-бом –

По зеленым по кленов шелкам…

Не вступил, зазевался тромбон:

«В том гробу… две слезы… по щекам!..»

Музыканты из разных полков,

Это сводный оркестр на плацу…

«Там лежит подпоручик Вилков.

Это мухи ползут по лицу…»

Трубы медные, серебряные:

«Тру-ту-ту!.. Тру-ту-ту!.. Тру-ту-ту!..»

Барабаны вторят медленно им:

«Пам-пар-бам… пам-пар-бам… пам-пар-бам!..»

Полк привычно-устало стоит на ветру,

                                                                 на ветру,

                                                                                 на ветру,

И земля сухая стучит по гробам,

                                                        по гробам,

                                                                           по гробам…

…Лают псы по окрестным дворам,

Генерал на коне – щелк, да щелк…

И команды летят по рядам:

С третьей ротой прощается полк.

Слышишь? – так и стоим мы всегда

Там, где сводный оркестр на плацу!

Нет, не плачет герой никогда –

Только мухи ползут по лицу!..

Трубы медные, серебряные:

«Тру-ту-ту!.. Тру-ту-ту!.. Тру-ту-ту!..»

Барабаны вторят медленно им:

«Пам-пар-бам… пам-пар-бам… пам-пар-бам!..»

Полк привычно-устало стоит на ветру,

                                                                 на ветру,

                                                                                 на ветру,

И земля сухая стучит по гробам,

                                                        по гробам,

                                                                           по гробам…

Тру-ту-ту… тру-ту-ту… тру-ту-ту…

Трам-парам-пам-парам-бом-бом-бом…

Пампар-бам… пам-пар-бам… пам-пар-бам…

По зеленым по кленов шелкам…

По гробам… по гробам… по гробам…

4

По белому свету,

Зимою ли, летом,

Шли два человека

То степью, то лесом…

Повыцвели флаги,

Зазубрились шашки…

Звезда на папахе,

Орел на фуражке…

Окоп ли, воронка…

Друзья ли, враги ли…

О чем-то негромко

Они говорили…

…И стоны, и ругань,

И трубы трубили,

И люди друг друга

До седел рубили,

И кони – последних

В туман уносили,

А два человека

Все шли по России…

О чем вечный спор их?..

Друзья ли, враги ли,

Но в русской земле все

Как в братской могиле.

…То белая стая,

То серая туча…

…Их пули догнали

На станции «Случай»…

На площади голой

Лежали погодки –

И тот, что в погонах,

И тот, что в обмотках…

Окоп ли, воронка…

Друзья ли, враги ли…

………………………………

………………………………

…Навстречу закату

Все шли два солдата,

И было неясно,

Где белый, где – красный…

5

Снова ты во сне расстрелян, взорван, смят…

С губ срывается со спящих только мат.

Просыпаешься – лицо в слезах, но ведь

Что же может в пустоте еще болеть?..

Так скрипит зубами ночью инвалид,

Так нога, которой нет давно, болит…

…Что ж к окну приник ты – белого белей?..

Что ж ты ищешь в этом небе, дуралей?..

…Те же звезды целят месяцу в висок…

…Те же волны наползают на песок…

……………………………………………………….

…И мычишь, грудную клетку потроша –

Ведь недавно там жила еще душа…

6

…Какое дело небесам

До нас – мы преданы богами;

Земля дрожала под ногами –

Молились тщетно мы богам.

Что до того им, что любил

Ты эту синь, и эту зелень,

Что пил по капле это зелье –

Уйдешь опять ты в эту землю,

Иль превратишься в красный ил…

Нет, не ищи в раскате дальнем

Ты высшей милости печать,

И пусть тебя не покидает

Всю жизнь глубокая печаль;

Когда подступит тьма к глазам,

То вспомнишь, брошенный богами:

Земля рванулась к небесам –

И раскололась под ногами…

 

II. IIоручик и Марютка

1

Жар от печки теплым ворсом

Нас укутает с тобой…

Ночь качает в море остров

Ветер воет над трубой…

Ночь окрашивает звезды

Белизною меловой,

И качает птичьи гнезда

Ночь над бездной мировой…

Передышка ли, затишье…

Обними ж сильней меня

Под последней в мире крышей,

У последнего огня…

2

М а р ю т к а

…И у нас ведь все неясно –

Ты за белых, я – за красных…

…Вишь, теперя, что за дело –

Я – за красных, ты – за белых…

П о р у ч и к

Что за вздор?.. О чем ты?.. Г д е ты?..

Я забыть хочу об этом!

Оглянись же ты – и тоже

Сбрось с себя ты эту кожу,

Стань ты женщиною просто,

Человеком стань, собой!..

Посмотри – покой в лазури,

И не крестят воздух пули,

Небо, море – все прекрасно,

Нет ни белых и ни красных,

Только этот в мире остров –

Нету родины другой!..

 

…Что же это было, Боже, –

Две войны-то как я прожил?..

Только лишь глаза закрою –

Восемь лет пальбы и крови…

Где вы – «Пармская обитель»,

Декаденты и Сен-Санс?..

Что же было с нами, Маша? –

Мы ж сгубили души наши!..

Может, этот в море остров –

Богом нам с тобою послан:

Может – медленная гибель,

Может – наш последний шанс?..

Bcё! Должна забыть ты к черту

Сапоги и гимнастерку,

Вспомни платье, блузку, юбку…

К черту эту мясорубку,

Госпитальные палаты,

Марши, грохот канонад!..

Ты же мир сгубила целый –

Сорок белых офицеров! –

Сорок душ!.. Ведь сколько крови…

Я и сам в крови по брови:

Ты ни в чем не виновата,

Я ни в чем не виноват…

Ну, а так бы обернулось –

Не в меня б ты промахнулась,

А в того, кто был твой первый,

Первый мертвый офицер твой, –

Ты поближе бы вгляделась

(Вдруг, случайно б, захотелось!) –

…И увидела б, что и у него глаза синие-синие,

Или зеленые-зеленые,

Или еще какие-нибудь –

И, может, сейчас смотрела бы ты на него влюбленно

И, может, целовала бы ты его сейчас,

И шептала слова бы ты ему по ночам

Глупые, ласковые, разные:

«…Миленький мой, единственный, желанный мой,

Жизнь моя, радость моя, дыханье мое,

Сердце мое зе-ле-но-глазое»?!.

3

М а р ю т к а

…Че спросить хочу ишшо…

Мне с тобой тут хорошо,

Я счастливая сичас…

Токо – ты уж не серчай –

Как тебе-то это… Вишь,

Ты вот часто говоришь:

«Остров славный, мол, такой –

Нету родины другой…»

Токо здеся ить, вдвоем

Мы всю жизнь не проживем…

Перво – есть ишшо пока,

Но кончается – мука;

Сбма гниль осталась там,

На неделю, может, нам…

Да цинга заест – потом

Так ишшо мы запоем…

А второе – все одно –

Глянь: апрель уж зачинатся,

Море – чистое рядно:

Щас на лов зачнут сбираться –

И сюда придут – рыбалки,

Да попрут нас из хибарки…

Как жа наши пляски-спевки?.. –

Расскажи мне, дуре-девке…

П о р у ч и к

Ну, конечно же, нет речи:

Здесь мы жить не будем вечно…

Я имел в виду другое –

Что-то мы нашли такое…

Мы нашли свой остров в мире,

Он, наш остров, много шире,

Чем вот этот блин песчаный…

Ведь все это не случайно:

Мы не там всю жизнь искали;

Вот от этого причала,

Вот от этого песка ли –

Может, жизнь пойдет сначала…

Остров наш качают волны

Колыбелью, легкой зыбкой,

И становишься ты словно

В детстве – доброй, мягкой, гибкой…

Ведь вчера еще была ты

Грубой, резкой, угловатой…

Взгляд твой – он утратил жесткость:

Это сделал тоже остров,

Море, воздух, ветер, птицы,

Небосвод, глубок и ясен, –

Это будет вечно длиться;

Растворяйся в этой массе,

Никаких других инстанций –

Лишь перетекай в пространстве,

Лишь свободно и покорно

Принимай любые формы –

Их диктует все: погода,

Время суток, время года,

Небо – о, какой покой там! –

Бесконечно голубое;

И становишься собой ты –

Мы становимся собою…

Наконец-то, постепенно

Возвращаемся к себе мы –

К незнакомым вовсе, либо

К тем, которых мы забыли,

К тем, какими быть могли бы,

К тем, какими, может, были –

До всего еще – до крови –

Там, давно – еще в утробе…

…Нас с тобою наше логово

Научило очень многому,

Этот остров, Богом посланный,

Научил нас жить осознанно,

Новым смыслом жизнь наполнил,

И должны мы все запомнить –

Где бы нам ни очутиться –

Не забыть, не разучиться…

Жить мы можем где угодно,

Но – красиво и свободно…

 

III. Остров

 

1. Раковина

Нб берег – раковиной – со дна моря я

Брошен волною…

Что со мной стало здесь? – Все здесь иное,

Время иное…

Белая длинная берега линия –

Пусто, нелепо…

Берега линия с тенью орлиною,

Серое небо…

Но тосковать и печалиться надо ли,

Стоит ли, брат мой? –

Все мы случайно здесь, все мы не надолго –

Скоро обратно…

Между приливами краткая пауза –

Время отлива…

Катятся волны, играются с парусом

Неторопливо…

Там и моя волна – вот ее южные

Ветры рисуют…

Только обидно, что тайну – жемчужину –

В глубь унесу я…

 

2. Перед штормом

…За сизую волну, за потемневший гребень

Скатился тихо день, и прозвенела медь.

И птица Гамаюн летит в мохнатом небе,

Отбрасывая тень, похожая на смерть…

…Оранжевая кровь по горизонту льется

И тянет холодком с востока ледяным…

За облачной горой холстина неба рвется,

И снится тебе жизнь, похожая на дым…

 

3. Шторм

То ли въявь с тобой случится:

То ли в лето, то ль зимою,

Повезут по синю морю,

Повезут тебя однажды

На допрос и на расстрел…

Сядешь сам тогда на шкоты,

Поведешь свой бот легко ты,

Словно в юности на яхте

Моря пробуя характер,

Подставляя мускул каждый

Под поток воздушных стрел…

…Но густою черной ночью

Разорвется небо в клочья,

В тучах скроется Меркурий,

Будет бот захвачен бурей,

Море дико спину выгнет

И повиснет над тобой…

И накроет пастью мрачной,

С треском выломает мачту –

Что ж ты плачешь, глупый мальчик, –

Днем ли позже, днем ли раньше –

Все равно тебе погибнуть –

На земле ли, под водой…

…Но лучом надежды острым

Забелеет в море остров –

Так бывает ведь, что просто

В море вдруг возникнет остров! –

И в последний – пьяным зверем –

Ветер ринется бросок,

Море взвоет во всю глотку,

И подхватит твою лодку,

И волною с пеной пестрой

Тебя выбросит на остров,

На пустынный белый берег,

На заснеженный песок…

 

IV. Марюткины песни

1

Мимо сытого села Шитова,

Вниз по Волге, да Волге-матушке,

Изукрашена да расшитая

Плывет лодочка, плывет ладушка…

Легка лодочка, не ловецкая –

Воровска косна, молодецкая,

В ней цветны шелка шамаханския,

Да разбойнички астраханския…

На носу стоит атаман с ружьем,

На корме сидит есаул с веслом,

По краям гребцы, – ой, легка косна, –

Посередь лежит золота казна…

На казне сидит красна девица,

Красна девица да разбойница,

Есаулу-то – родна сестрица,

Атаману-то – полюбовница…

…С берегов-лугов ветром дунуло,

Красна девица призадумалась,

Призадумавши, придремалася,

Да слезами вдруг заливалася…

«В дом родительский не вернуся я –

Нехороший сон увидала я:

Расплеталася коса русая,

Выплеталася лента алая…

Атаману-то быть изрублену,

Есаулу-то быть погублену,

А разбойничкам быть всем пойманным,

А и мне в цепях быть закованной…

Уж летит-плывет вслед погоня зла,

Ох, за то мне быть во неволюшке,

Что в пятнадцать лет на разбой пошла,

На разбой пошла в чисто полюшко…

И проезда, ох, не давала я

И ни конному, и ни пешему,

Ох, любила я, ох, гуляла я,

Загубила я душу грешную…

В поле, где цвела на току трава –

Мне шестнадцать лет только минуло –

Я у рекрута белокудрого

Из белуй груди сердце вынула…

А за то-про то я еще грешна,

Что тебя, млада, полюбила я,

По полям-лесам я с тобой прошла,

Много душ с тобой погубила я…

2

Ах, любовь, ты при луне

Травы шелковы косила,

Говорили люди мне,

Что в тебе есть злая сила…

Сизый голубь над водой

С голубицею летает…

Где ты, где ты, милый мой?..

Я еще тебя не знаю…

Ах, любовь, ты душу рвешь

И по-разному решаешь:

Или жизнь ты заберешь,

Или разума лишаешь…

Я давно тебя, любовь,

И боюсь, и ожидаю…

Где ты, где ты, милый мой?..

Я еще тебя не знаю…

Ах, любовь, известно мне

Про изменчивый твой образ;

Ты сначала – свет в окне,

А потом ты – темна пропасть…

И над этой гиблой тьмой

Я хожу, хожу по краю…

Где ты, где ты, милый мой?..

Я еще тебя не знаю…

3

Как в городе-то нашем-то

Случилися дела:

Молоденька монашенка

Сыночка родила.

Успела лишь его она

Слезами окропить;

Сыночка ночкой темною

Снесла она топить!

Была однако поймана

В момент событья зла,

И в кандалы закована

На каторгу пошла.

Уводят ея стражники,

И снег под ей скрипит…

Мамаша по монашенке

Рыдает и вопит!..

«Простите, мать-игуменша,

Прости, родная мать!

Прости, дитенок умерший, –

Иду я погибать!..

Не надо было б вечером

Мне к реченьке ходить,

Да нечего б, доверчивой,

Хфицерика любить!..»

 

V. Марюткина сказка

…Ночью мне филин

Сказку проухал:

…Жили да были

Старик со старухой…

Жили – белили

Избу-развалюху,

Сильно любили

Корову Пеструху…

Сами лепехи

Ели с макухи –

Хлеб весь, до крохи,

Давали Пеструхе…

Днями не знала

Покоя старуха:

Мух отгоняла

Она над Пеструхой…

…Как-то старуха,

В августе, вроде,

Видит – Пеструха

С козлом в огороде!

Был тот приблудный,

Звалси, по слухам,

То ли Микулой,

То ли Миклухой…

Ой, заварилась

Тут заваруха,

Ох, разъярилась

Тута старуха:

«Как те не стыдно

Только, Пеструха?..

Ну, не скотина ты,

Не потаскуха?..

Я ж те все – сытно,

Тепло да сухо…

Как те не стыдно?..

Телка!.. Толстуха!..»

…Бродит корова

Тихо и грустно

По огороду,

В листьях капусты…

А через день

Видит старуха:

Через плетень

Снова лезет Миклуха!..

«Вдарилси, шалый,

По молодухам!.. –

Чтоб не видала

Я вражьего духа!..»

Только Миклуха

Слушал в пол-уха;

Вскоре с Пеструхой

Сошелся Миклуха…

…Днями не знает

Покоя Пеструха:

Мух отгоняет

Она над Миклухой…

Плачет и воет

Белугой старуха,

Глядя в тугое

Пеструхино брюхо…

Выдя на крик,

Дохнув медовухой,

Мудро старик

Говорит со старухой:

«Ежли не насморк –

Так золотуха;

Че ты напрасно

Воешь, старуха?..

Больно ты строго

Держишь Пеструху –

Нас-то, ей-богу,

Вспомни, старуха! –

Брал я тебя

Разве с миром да ладом?..

…Ну, а дитя

Воспитаем как надо.»

………………………

…Жили и дале

Старик со старухой –

Мух отгоняли

Над младшим Миклухой…

 

Товарный поезд (сон ) …я

 Автор: Юрий Юрченко

ТОВАРНЫЙ ПОЕЗД (Сон ) …Я иду по шпалам в мае, Слышу я железный гул; Почему-то понимаю Что свернуть я не могуТОВАРНЫЙ ПОЕЗД

(Сон )

…Я иду по шпалам в мае,

Слышу я железный гул;

Почему-то понимаю

Что свернуть я не могу.

Справа – речка, слева – поле,

Я совсем еще не стар…

Мне летит навстречу поезд,

Выпускает в небо пар.

Люди мне кричат с откоса,

В небе – стая голубей,

И жена бежит, и косы

Завиваются за ней…

Видел сам я это, то есть

Сон увидел я такой:

Сшиб меня товарный поезд

За далекою рекой…

…Я проснулся на рассвете.

На Садовое Кольцо

Вышел я, и теплый ветер

Облизал мое лицо…

Птицы, небо голубое…

«Черный ворон, я не твой…»

Вышло племя молодое –

Машет ломом и метлой,

Продолжают вечный поиск

Стаи кошек и дворняг…

Мне летит навстречу поезд,

Страшный поезд – товарняк.

 

Дидона и эней …еще вчера

 Автор: Юрий Юрченко

ДИДОНА И ЭНЕЙ ДИДОНА И ЭНЕЙ

…Еще вчера лишь – гость, любовник, бражник,

Завоеватель сердца и венца…

…Стоит Дидона на дворцовой башне

И взглядом провожает беглеца…

…Вчера лишь – наваждение, мираж ли? –

Впервые подвели его к крыльцу…

…Стоит Дидона на дворцовой башне

И смотрит вслед безумцу и глупцу…

… И мерный звук шагов его вчерашних

Еще разносит эхо по дворцу…

…Стоит Дидона на высокой башне,

Размазывая слезы по лицу…

 

«…»мотыль упал мне на руку…»

 Автор: Юрий Юрченко

«…»Мотыль упал мне на руку…» »

…»Мотыль упал мне на руку

И – взмыл к оконной шторе…

Окно выходит на реку…

Река впадает в море…

Машинка, кресло старое,

Неровная строка…

Мохнатый кот с гитарою,

Мотыль… окно… река…» –

Ну что?.. 

. . . . . . . . .Ты слышишь?.. 

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .Это же – 

«Окно», «река» ли, «кот» –

Не просто ворох ветоши, 

А – з н а к и, 

. . .. . . . . . . . . тайный к о д!.. 

Теперь узнала?.. Боже мой! –

Хмель в воздухе ночном,

В квартире, кем-то брошенной,

На берегу речном…

Нос месяца расплющенный

В запыленном окне…

Вино, всю ночь – непьющему –

В сок подливаешь мне…

Но – стоп! Ведь вся история –

Шифр, звук, ночная дрожь…

Прочтешь: «…мотыль за шторою…»

И – сразу всё поймешь…

«…Машинка, кресло, – помнишь ли?..» –

Вдруг различит душа

Сквозь – Космос весь заполнивший –

Храп мужа-латыша…

Всплывут – забытой радостью –

И речка, и лесок,

Ночь, и высокоградусный

Твой виноградный сок…

Звенит стекло разбитое,

Блестит речная гладь…

…Зачем, к двери забытой, мне

Ключи вновь подбирать?..

Зачем все шифры-знаки мне?..

К чему ночной мой бред? –

Я взял вполне сознательно

В один конец билет.

Не о любви я, – вот еще! –

Здесь, в этой стороне,

В моем житье сегодняшнем

Любви хватает мне.

Ни слов не нужно добрых мне,

Ни встреч, ни писем, но –

Чтоб сердце твое вздрогнуло:

«…Кот… рукопись… окно…» –

И чтоб – зашлось, заёкало –

«…Мотыль… стекло… река…» –

И застонало около

Латышского стрелка.

 

* * *

Черкесская песня я готова к

 Автор: Юрий Юрченко

ЧЕРКЕССКАЯ ПЕСНЯ Я готова к любой из утрат, Кроме этой, владыка, – Но меня сторожат до утра Два адыгаЧЕРКЕССКАЯ ПЕСНЯ

Я готова к любой из утрат,

Кроме этой, владыка, –

Но меня сторожат до утра

Два адыга.

В твоем доме спокойно – все спят,

Только ты смотришь в ночь напряженно…

Твои дети и прежние жены

Тебя примут, поймут и простят.

Больно думать, дышать, вспоминать…

Одевают в шелка и рубины…

Ты научишься жить без меня –

Мне не жить без тебя, мой любимый…

 

 

* * *

Двое в электричке «…на что

 Автор: Юрий Юрченко

ДВОЕ В ЭЛЕКТРИЧКЕ ДВОЕ В ЭЛЕКТРИЧКЕ

«…На что я, Господи, похожа –

Уже не юмор…

И этот мальчик… впрочем, тоже

Уже не юный…

…И тридцать пятый почти прожит –

Шестой маячит…

А рядом – мальчик… впрочем, тоже

Уже не мальчик…

…И дочь не спит – торчит в прихожей –

Одна в квартире…

А рядом – он… да что ж он – тоже –

Своей – четыре…

…Упала б и спала до завтра,

Да спать не скоро…

…Да приготовить утром завтрак –

Собрать их в школу…»

«…А впрочем, и не так стара –

Жениться?.. Темь-то…

Могла бы ближе жить… Дыра…

А каждый день так?..

…И Светка с пловом ждет… Плевать,

Скажу – забыл, мол…

Поймет все… Надоело врать.

Скажу, как было…

…Взять – на заочный перейти…

Уехать в Липецк…

Но там Людмила… Карантин.

Черт, вечно влипну…

…Знакомы ведь уже сто лет…

Сказать – потеха…

А все-таки красива… Нет –

Не зря поехал…»

 

Фауст и елена» 1. полет

 Автор: Юрий Юрченко

ФАУСТ И ЕЛЕНАФАУСТ И ЕЛЕНА»

 

1. Полет

I

…Исчез Венеры свет колючий…

И Млечный Путь зарылся в тучи…

Погасла лунная дорога,

И нет ни Льва, ни Козерога…

При тусклом свете Волопаса

Лететь – втроем – небезопасно…

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

…А впрочем – вон видны Плеяды…

Летим! Везде нам будут рады!..

 

II

…Ямб, хорей, гекзаметр, дольник…

Все – обман, отрава, бред.

Что за странный треугольник –

Дьявол, женщина, поэт…

И – в кабак ли, в дом игорный,

В Дюссельдорф ли, в Брауншвайг –

Мчится небом треугольник –

Dihter, Teufel und ein Weib…1

Протестант ли ты, католик –

Пей, пока не припечет!..

Весел пьяный треугольник –

Женщина, поэт и черт…

…У руля стоит покойник –

И летит ладья в ноябрь…

…Страшен вечный треугольник –

Un poete, une femme, un diable!..2

 

3. Ф а у с т.

…Здесь – на спирте настоенный крокус,

Тут же – роза, сразившая лотос

В давнем споре меж Брахмой и Вишну…

Рядом – ягоды «бешеной вишни»,

Белладонна, «кукушкины слезки»,

Там – пион, запечатанный в воске,

Кориандр, подорожник вечерний,

Тимиан, розмарин, поручейник,

Лист мелиссы и стебли пизанга,

Красный ил со дна Нила и Ганга,

Остролист из лесов близ Лозанны,

Эликсиры… настойки… бальзамы –

Шуршат, переливаясь и позванивая,

Их имена, волшебные названия;

Вздыхает лес, и вздрагивают горы –

Прислушайся лишь! – в корне мандрагоры…

…Там – кувшин животворного сока,

Здесь – душистые смолы Востока,

Чудотворные мази из Азии,

Благовонные мирр и мальвазия,

Зерна, травы, цветы и коренья –

Так и просятся в стихотворенье!..

…Осторожно!.. Заварены круто

Черный мак, аконит и цикута…

 

4. Ф а у с т.

…Я много знаю и умею…

…Я знаю – бред на первый взгляд –

Как растворить в вине камею,

Чтоб получить смертельный яд…

Я знаю, как лечить разлуку,

Как Злого Духа обольстить,

И как отрубленную руку

К плечу обратно прирастить;

Коль муж ревнив – как рыбьи жабры

Тайком в карман ему вложить,

Остыл – куда подбросить жабу,

Чтоб вновь его приворожить;

От сглаза воду пить какую,

Когда – в начале дня, в конце ль?..

И как отлить такую пулю,

Чтобы всегда попала в цель…

Как на холсте смешать на белом –

Чтоб совладать с любой бедой –

Немного вереска с вербеной

И волкозуба с лебедой…

Могу и камни – знаю средство! –

Заставить я заговорить;

И в Лету канувшие тексты

Я знаю как восстановить…

Мне тыщи лет… Я знаю много,

Меня непросто удивить…

…Я знаю, как растрогать Бога,

И как – Его же – прогневить…

 

5. Фауст и Мефистофель

М е ф и с т о ф е л ь

…Ах, Рок с любимой разлучил!..

Он плачет, он ломает руки!..

Зачем, скажи мне, изучил

Ты все оккультные науки?!.

Кто в мире лучший из врачей?..

Кто автор первых телескопов?..

А сколько ты провел ночей

Над составленьем гороскопов?..

Стыдись, великий хиромант,

Астролог, маг и прорицатель –

Слабак!.. Amant!.. Комедиант!..

О чем ты плачешь – об утрате ль? –

Всего-то – женщина, пустяк!

Что тут гадать?.. Ну, переспали…

А ты – на картах, на костях –

На всем! – на воске, на кристалле…

Всю ночь, как пьяная сова,

Перебираешь неустанно

Все заговорные слова,

И ладанки, и талисманы…

………………………………..

 

…Любовь!.. Распутница, отрава –

Я знаю много про нее…

Да – голубь слева, голубь справа,

Но вслед за нею – воронье!..

Она поет о «душ слияньи»,

Рядится в тонкое белье,

И добрый, верный христианин

Дрожит, завидя свет ее…

О, лживый свет!.. Его манит он,

Слепец, летит стремглав за ним,

Как пилигрим к иоаннитам

Спешит, ненастием гоним…

…Забыты истины благие,

И проповеди все – вранье!

Она теперь его Богиня,

И молится он – на Нее!..

Их счастье длится, вина льются,

И – переступлена уж грань!..

И Бес Любви – Дух Вицлипуцли

С них первую взимает дань…

…Вот оба – жалкие, нагие,

Порыв любви уже ослаб,

И – он идет к другой богине…

О, человек, ты – вечный раб!

…Уж Бог любовников покинул,

Разврат здоровье подкосил,

Все глубже всасывает тина,

Встать, обернуться – нету сил…

Обрюзгли лица их, потускли,

Глаза и души их пусты,

И Бес Любви – Дух Вицлипуцли

Обходит с факелом посты!..

 

6. Фауст. Воспоминание об Италии

…Как свидание узнику

Вдруг с невестою дали –

Так в Италии Музыку –

Словно только и ждали!..

Здесь поили водой ее

Родниковой, прохладною…

Брал Поэт на ладонь ее,

Травы к ранам прикладывал…

Затянулось все, зажило…

Ее удочерили

Тициан, Микеланджело,

Бенвенуто Челлини…

Все воспрянули, ожили…

Небо красками залили

Музыканты, художники –

Честь и слава Италии…

Ветер землю раскачивал,

И в порыве азарта

Целовались Бокаччьо

И Андреа дель Сарто!..

…Жизнь пружинит, взрывается…

Словно джин из кувшина,

Рафаэль вырывается

Из плаща Перуджино!..

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

…Юность!.. Жизнь моя!.. Грустно как…

…Тая в синем просторе,

Легкой девочкой, Музыка

Шла по берегу моря…

 

7. Фауст и Мефистофель

Ф а у с т

…Прости, но я лечу, мой Джин,

В страну заснеженных вершин –

Я там, среди снегов и льдин,

Хотел бы полетать один…

М е ф и с т о ф е л ь

Нет!.. Или мы уж – не друзья?..

Ф а у с т

…Чем дальше отдаляюсь я

От сада, пруда и от чащи,

Тем я оглядываюсь чаще…

М е ф и с т о ф е л ь

…Вот – для поэмы матерьял…

Ф а у с т

…Как будто что-то потерял

В лесу, в кустах, в траве, во мху…

…И странные – там, наверху, –

Со мною происходят вещи:

Чем выше в небо я взлетаю,

Тем – здесь, внизу – все проступает –

Ясней – отчетливей и резче…

…Посмотришь коль на землю пристально –

Увидишь Кельн с Ганзейской пристанью,

А всмотришься еще внимательней –

Увидишь и могилу матери,

Всю родину – с тоской замшелою,

С булыжной площадью, с амбарами,

С почтовой клячей порыжелою,

С холмом и с мельницами старыми,

С пожарной деревянной вышкою,

С бранд-майстером на ней, красавцем,

И с новой ратушей, застывшею

Меж готикой и ренессансом…

 

8. Фауст и Елена. Полет

Ф а у с т

…Что за нрав, и что за спесь, и что за прыть!..

Ты глупа невыносимо, ты упряма,

Как под крышей добродушного Приама

Удалось тебе послушною прослыть?..

По рукам меня ты вяжешь, по ногам…

Чьи-то фокусы, подлог, обман, подмена –

Если ты и есть – Прекрасная Елена,

Значит, я тогда – Прекрасный Иоганн!..

…Я в гаремах находил приют и кров,

На слонах катался в Дели и в Египте;

Если б был я дальновиднее и гибче –

Попросил бы отпущения грехов…

Есть ли что на свете хуже этих мест?..

Ох, и резок этот ветер, ох, и крут же…

Знал я женщин и красивее, и лучше –

Так за что ж мне, напоследок, этот крест?!

Е л е н а

…В дни давней моей дружбы с Авиценной

Узнала я, что шелк или парча,

А также может камень драгоценный,

Помочь не хуже всякого врача…

И если в душу грусть тебе запала,

И сердце ночью плачет и болит –

Покой вернут лишь отсветы опала,

Спасут аквамарин и хризолит…

Коль хочешь о любви забыть недавней –

Помогут, сон тревожный перебив,

И блеск червонный солнечного камня,

И лунного жемчужный перелив…

И под подушку, в грустный час заката,

Клади – чтобы пришла быстрей заря –

Иль бусы из индийского агата,

Иль четки малабарского царя…

…В Баварии ли, в Спарте ль, в Арагоне

Рассвет встает, шафранно-золотист…

Лишь гиацинт бессонницу прогонит,

А хмель развеет только аметист…

…Любовь перехватила вновь дыханье?

Носи – и победишь наверняка –

Явайские расписанные ткани,

Китайские зеленые шелка…

…………………………………………

…Все древние приметы и поверья –

Как от любви спастись – известны мне,

Забыть пыталась о тебе, поверь, я

В прохладной олимпийской тишине…

Все средства испытала на себе я –

Успех, сказать по правде, невелик:

Боль не снимают крылья скарабея,

Тоску не утишает сердолик…

 

9. Ф а у с т.

…Снилось мне: флейты голос звал кого-то, искал,

Плакал: «…Вернись, amore!..»

…Плыл наш с тобою корабль мимо коралловых скал,

Плыл в Аравийском море…

…В мире во всем покой… Дым голубой позади,

И впереди – сиянье…

Опытною рукой вел наш корабль Саади –

С розой в груди персиянин…

…Слышался над головой шелест невидимых крыл –

Серебряное свеченье…

Замерло в мире все, только корабль плыл

Тихо к заре вечерней…

…Словно так было всегда: небо лишь и вода,

Волны корабль качали,

Ты была молода, не было никогда

В жизни твоей печали…

Ты была молода; не было никогда

Долгой осады Трои…

Словно так было всегда – небо лишь и вода –

Было нас только трое…

…В полночь, под тихую песню, что нам кормчий пел,

Сладко ты уснула,

Словно одиннадцать тысяч непорочных дев

Со святой Урсулой…

…Флейты голос вдали искал кого-то и звал

И – еле слышна – арфа…

Теплый ветер волосы твои перебирал, целовал,

Шелковым играл шарфом…

10. Фауст и Елена. «Зелье».

Кабинет Фауста. Фауст стоит на фоне черного ночного окна. Входит Елена.

Ф а у с т (глядя в окно)

…Ночь… Затаившаяся, волчья…

Во мгле – ни всплеска, ни огня…

Е л е н а

Ты словно слился с этой ночью –

Влюблен в нее ты, не в меня…

Ф а у с т

…Люблю – не скрою – я ее

Любою – доброю ли, злою –

Простершею крыло свое

Над тихой, спящею землею…

Весна – в ней есть изъян один лишь –

С весною – ночи все короче…

Е л е н а

…Поэта с ночью не разнимешь…

Ф а у с т (глядя в окно)

…Поэты – это дети ночи…

Всю ночь мы слушаем и ждем…

Вся жизнь – тревожная, челночья, –

Все, что известно станет днем –

Все! – происходит черной ночью!..

Он оборачивается к Елене, берет ее за руку, ведет по кабинету… Все предметы в комнате, освещенные серебристым светом луны и отбрасывающие диковинные тени, кажутся еще более таинственными и загадочными, чем они есть на самом деле.

…И по ночам – иначе слышатся знакомые имена,

И кажутся каббалистическими знаками

Древнеарамейские таинственные письмена

На белом фоне новокалидонской раковины…

(Оставляет Елену, вновь подходит к окну.)

…Чреваты встречи по ночам

В углах, луной преображенных…

И льнет ночь – кошкою – к плечам

Убийц, воров и прокаженных…

…Пиши о том – скрипи пером,

Склоняясь над столом все ниже –

Как з а о к н о м грохочет гром,

И как опасна жизнь в П а р и ж е,

Пиши о жизни кочевой

И о любовных муках «страшных»,

Но стоящего – ничего! –

Как ни старайся – не создашь ты,

Пока ты темным небесам

Не бросишь громогласный вызов,

Пока ты не услышишь с а м

Нечеловеческого визга

В ночи загубленной души;

Все можно – врать себе нельзя лишь! –

Живи, наверстывай, спеши,

Пока ты сам все не узнаешь –

Как в гиблых топях стонет выпь,

И как скушны пиры Лукулла,

Как выступает – всюду – сыпь

От исступленного разгула,

Как преет золото в горшках

Под океаном, в трюмах древних,

Пока ты не узнаешь, как

Скрипят ключи в замках тюремных,

Как – за ночь! – можно поседеть,

Как весел звон фальшивых унций,

Пока не ощутишь – в себе! –

Изгоя, бога и безумца!..

Фауст замолкает. Пауза. Вдруг, взглянув на часы, Фауст быстро направляется к столу, на котором все уже приготовлено для составления «адского зелья». Он начинает «колдовать» с сосудами, склянками с порошками и растворами, отмеряя их, взвешивая, переливая, пересыпая и перемешивая… Елена молча наблюдает за ним.

…Так… Четверть унции гвоздики…

И чемерицы с амброй серой…

…По грану – ладан с лавром диким,

И – по два грана – мак и сера…

…Еще добавим – чуть! – нашатыря…

…Кровь горлицы и мозг нетопыря…

…Еще сюда – концы павлиньих перьев…

…Все это – с мятой – заварю теперь я…

Е л е н а (сосредоточенно о чем-то думая, Фаусту)

…Скажи мне, если я бы вдруг взяла…

Ф а у с т (бросив на Елену беглый взгляд)

…Сегодня ты, мой друг, невесела…

Е л е н а (отмахиваясь)

…Ах, Фауст, мне не до веселья!..

Ф а у с т (склоняясь над закипевшим месивом)

…Вот и готово наше зелье!..

(Разливает «зелье» в два бокала, берет один, дует на жидкость.)

Е л е н а (продолжая свою мысль)

…И отреклась от своего бессмертья…

Ф а у с т (пригубив, с досадой)

…Забыл взять трокагадскую синельдь я!..

Е л е н а

…И приняла бы, скажем, вашу веру…

Ф а у с т (еще раз пригубив, удовлетворенно)

…Зато все остальное – точно в меру!..

Бьют часы. Полночь. Елена хочет продолжить, но Фауст вдруг прижимает палец к губам, призывая ее к молчанию. Он прислушивается к чему-то там, за стенами дома…

Е л е н а (кричит, потеряв терпение)

…Ты слышишь что-нибудь?!.

Ф а у с т (все так же прислушиваясь, шепотом)

…О, да!..

(Подзывает ее.)

…Я и тебя зову т у д а…

(Елена подходит, садится к столу напротив Фауста, он подвигает ей второй бокал.)

…Где полночь звездная тиха,

Где разум – с магией сливается,

Рождая музыку в стихах,

И сердце – дрожью отзывается…

(Выпивает «зелье». Еще какое-то мгновенье прислушивается к чему-то, и вдруг проваливается в какое-то полубезсознательное состояние. Не выходя из этого состояния, он пытается пересказывать то, что он видит и слышит, Елене… )

…Все начинается, Елена,

Виолончельной кантиленой…

…И – ти-и-хо, ме-е-едленно – mein Gott! –

Вступает тре-епетный фагот…

…Карета… фонари… форейтор…

Версаль. Фиоритуры флейты…

…Вдруг – Африка, литые мавры

Несут калифа… Гром, литавры…

…Растет фатальное глиссандо –

Идут фаланги Александра…

…Кричат голодные волчата…

Речитативы, пиччикато…

…Льнет к небесам за влажной тучею –

В слезах – адажио летучее…

Потом – глаза, и руки, губы,

Тромбон и ма-а-аленькие трубы…

…И все кончается – расплывчато –

Вновь кантиленой переливчатой…

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Силы оставляют его, уже сквозь сон:

…Елена!.. Надо торопиться!..

Елена склоняется над ним.

…Вновь я один на берегу…

Ты обернулась белой птицей –

Тебя поймать я не могу…

Е л е н а

…Я здесь, с тобой, мой птицелов,

Я здесь, как в зной – морская влага,

Как теплый ветер с островов

Эгейского архипелага…

 

11. Фауст и Мефистофель-«Монах»

«Монах»

Все встанут пред столом судейским

В земле священной иорданской –

Будь то Агриппа Неттесгеймский

Или Эразм Роттердамский!..

И ты!.. Глаза закрою лишь –

И вижу – ты в огне стоишь!..

Ф а у с т

Что ж! – выбрал сам я участь эту:

Огонь всегда к лицу поэту.

«Монах»

…»По-э-эт!..» Оставь ты эту спесь:

Есть Божий дар, по крайней мере,

Но нет твоей заслуги здесь –

С чего ж ты так высокомерен?..

Ф а у с т

Да не в бою я взял свой к л а д,

Здесь возражать я не намерен.

Но так же горд аристократ,

Так царский сын высокомерен,

И величав он, и нескромен,

Хотя его заслуги нет

В том, что з а ч а т он был на троне,

Что принцем он явился в свет!

Так я – наследник по прямой

Всех, кто воспел, кто создал что-то –

Орфей, Гомер, Петрарка, Джотто –

Стоят безмолвно за спиной!..

О н сам безбожно всех запутал –

Пусть осторожен будет впредь:

Ведь глупо ждать, что я забуду

О том, что я умею петь!

Ждать, что волшебною свирелью –

Орехи буду я колоть!..

Какого ж хочет Он смиренья,

Когда поют и дух, и плоть?!.

Бездарность может быть смиренна!

Смиренно – служит пономарь…

Поэт – на серый холст Вселенной

Кладет лазурь и киноварь!..

Не стать ему уж страстотерпцем,

Иная доля его ждет,

Его пылающее сердце

Любое рубище прожжет!

Поэт – нескромная работа!

Всегда – как Лейденский пророк –

Он будет раздражать кого-то,

Всегда он – горд и одинок!

«Монах»

Ты душу, Фауст, опалил,

Но Он все ж был с тобой доныне –

Вот так Архангел Рафаил

Сам погубил себя гордыней!..

Ф а у с т

…Когда просить и у кого

Прощенья мне – и сам я знаю.

Я чту в с е Праздники Его,

И, как могу, их соблюдаю:

Он дал мне жизнь, и дал мне стих,

Но не дал мне – при жизни – крылья;

Впервые в Праздник Всех Святых

Учебник Магии открыл я!

Я окунулся в этот мрак,

Над бездной занавес я поднял –

Я с чертом подписал контракт

В день Обрезания Господня!

…И в неба синий беспредел,

Смущая души добрых немцев,

Я с церкви Ламберта взлетел

В день Сорока Тысяч Младенцев!..

…И Валентин, с которым нас

В недобрый час свела судьбина,

Моей рукой убит как раз

На день святого Валентина!..

…Не знаю, как и отчего –

Твой, Дьявол, промысел, конечно! –

Так сплелся календарь Его

С моей судьбой – преступной, грешной…

 

12. Ф а у с т.

…Вновь плачет Добрый Ангел надо мною…

Я породнился кровью с вечной тьмою,

Холодный ветер… Света луч – все эже…

И уж не знаю, стоя в этой стуже –

Не предпочел бы страшному родству я

Жить просто так, бесцельно существуя,

Клочок земли свой плугом обрабатывать,

Просить дождя у облака горбатого,

И пить вино устало из кувшина,

И слышать за спиной дыханье сына,

Хвалить жену за суп, за рукоделье,

«Единой плотью» быть с ней раз в неделю

На дедовской ореховой кровати,

И почитать курфюрста, Божью Матерь –

Что б обошли семью и дом напасти,

И причащаться – Боже мой! – на Пасху,

Священнику с почтением внимая

И слов его совсем не понимая…

 

13. Мефистофель и Елена

М е ф и с т о ф е л ь.

…О, женский ум убогий!..

Афидн… Египет… Троя…

У ног лежат все боги,

Цари, вожди, герои!..

И – пальцы вдруг разжать,

Все выпустить в мгновенье,

Чтоб н е м ц а ублажать!..

Варить ему варенья,

Растить в горшках цветы

И – фаустят ораву…

Нет, не царица ты –

Рабыня!.. Hausfrau! –

«…Дочь Зевса!..» Гонор, спесь –

На статуи и храмы

Переведен был весь

Паросский белый мрамор!..

Но – шут, трепач, «по-эт» –

Лишь встретился и – что ж с ней?..

Ты – не богиня, нет,

Ты – смертных всех ничтожней!

…Раздуть вселенский миф!..

Такой устроить хаос!..

И – «жалко ей олив…» –

Прощайте, Frau Faust!..

 

14. Мефистофель и Елена. Полет

М е ф и с т о ф е л ь.

…Закрой на все засовы дверь,

Стань лучшею женой на свете,

Но ваше счастье лишь – поверь! –

Два дня продлится, а на третий –

В грозе ль, встряхнувшей небеса,

Иль в ветра неумолчном вое –

Услышит вновь он… го-ло-са,

И – выпрыгнет в окно ночное!..

Затемнение. В темноте – только голос Мефистофеля.

…Строй дворцы, золотые ограды,

Обещай все красоты, все клады,

Все сокровища, тайны Эллады –

Он уйдет. Его ж д у т. Ему н а д о.

…Ставь ловушки, капканы, преграды,

Приводи легионы-армады,

Зови Зевса, на помощь, Палладу –

Он уйдет, убежит – ему н а д о !

Постепенно возвращается свет. В вечернем небе летят Фауст и Елена.

Голос Мефистофеля

…Строй ему в облаках анфилады!..

Обволакивай негой-прохладой,

Заворачивай в птичьи рулады –

Он уйдет!.. Улетит!.. Ему – н а д о !..

Летят Елена и Фауст.

Голос Елены

…Пусть полет этот – часть лишь обряда

(Без полета – легенда ль, баллада,

сказка ль, быль – разве может закончиться?..) –

Что же ты не довольна, не рада –

Он – с тобою, он здесь еще, рядом –

Жестом, вздохом ли, голосом, взглядом!.. –

Что ж еще тебе, женщина, надо,

И чего же еще тебе хочется?..

…А ему ведь – лишь в том вся отрада,

Чтоб укладывать в сеть звукоряда

Свои вещие сны и пророчества,

И – в преддверии Рая ли, Ада –

Но – закончить с в о ю «Илиаду»! –

И чего ж тебе, женщина, хочется?..

…Загораются звезды – Плеяды…

…Проплывают Кавказа громады…

…Тают дымные рощи Эллады…

…В этот миг – он с тобой еще, рядом –

И чего ж тебе большего хочется!..

 

15. Фауст, Мефистофель, Елена. «Импровизация» № 2.

Ф а у с т

…Надо бы…

М е ф и с т о ф е л ь

…Что?.. Говори ясней.

Ф а у с т

…Надо бы что-то придумать с ней…

П а у з а .

…Развеселить ее надо, Демон…

М е ф и с т о ф е л ь

Развеселишь ее, как же!.. Где нам –

Я ей твержу, мол, «не думай, брось!..» –

Осмотрит не на меня – а сквозь,

И – ни жива сидит, ни мертва…

(Голосом уличного комедианта громко объявляет.)

… «Импр-р-ровизация нумеррр два!..»

Вновь, после столь продолжительной паузы,

«Импр-р-ровизации доктора Фауста!..»

…Публика ждет уже, не дыша!..

(Елене.)

…Тему, богиня!..

Елена молчит.

                         …Слово!..

Е л е н а

                                      …Д у ш а…

М е ф и с т о ф е л ь (подхватывая)

…Браво!.. «Душа»!.. Ну, уж в этом он дока!..

…Не было чтобы Душе одиноко –

Мы к ней добавим – куда ей без них? –

Ангелов Добрых и… Ангелов Злых!..

Я от восторга заранее плачу!..

Только… не слишком легка ли задача?.. –

Мой gourmandisе меня все же погубит!.. –

…Пусть все с одною лишь рифмою будет!..

(Голосом предводителя хора в древнегреческом театре, Елене.)

…Рифму, богиня, скажи нам, – не прячь под молчанья вуалью!..

Е л е н а

(безучастно)

…Здесь – все с печалью рифмуется…

М е ф и с т о ф е л ь

(«выхватывая» у нее слово и «перебрасывая» его Фаусту)

                                                                   …Все зарифмуем с  печалью!

Взмахивает руками – смычки взлетели над скрипками, невидимые пальцы тронули струны арф…

Ф а у с т

…С перечнем длинным грехов за плечами

Встала Душа на пороге прощальном…

…Добрые Ангелы – Душу встречали,

И сокрушались, и привечали,

Нежно – лесными ручьями – журчали,

Сладкими увещевали речами…

И покаянным словам обучали –

Все, окаянной, простить обещали…

…Злые – от слов этих сразу дичали:

«Были, мол, души – да все измельчали!..

Хочешь, от злости чтоб, – Злые кричали, –

Бесы на части тебя растачали?!»

И – для наглядности ли, сгоряча ли –

Сами, как страшные Бесы, рычали…

…Добрые – вновь доброту излучали,

Ключ от церковных ворот ей вручали…

…Ей же, усталой, хотелось – ключа ли? –

Лишь одного – чтоб скорее кончали…

…И пока Злые рычали-стращали,

И пока Добрые им отвечали

(Только Душа увидала случайно –

Будто звезда загорелась, свеча ли…)

К облаку белому тихо причалил –

Цвета небесного – Ангел Печали…

…Злые – плевались, глазами вращали,

В сторону Добрых смотреть запрещали,

Добрые – Душу к себе залучали,

Злых заглушая, свистели, пищали,

Дулись обиженно, снова прощали…

…Был неподвижен лишь Ангел Печали.

…Пели, взывали, клялись, обличали,

Ключ забирали – и вновь возвращали,

Крыльями в хрупкие груди стучали…

…Тих был и кроток Ангел Печали.

…И потянулась Душа вдруг отчаянно:

«Где ж ты летал до сих пор-то, молчальник?!..

Что ж мы не встретились раньше, вначале?..

Как же друг друга мы не замечали?..

…Мальчик небесный с ночными очами,

Как мы бродили б с тобою ночами,

Как бы мы славно с тобою молчали,

Друг мой единственный, Ангел Печали!..»

…Скрипки, прощальные, зазвучали…

…Тихо заплакал Ангел Печали…

…Но уже громы гремели, трещали,

Грозные силы землю качали…

Ожили тени, заверещали,

Душу схватили – и в темень умчали…

 

16. Мефистофель. Последний день.

У порога дома – сидит Мефистофель – летописец и охранник. Поглядывая время от времени через открытую дверь на Фауста, он делает очередную запись в свои «мемуары»:

«…Вот и прощанья день настал

Со светом белым…

Весь день бумаги он листал,

Был занят делом…

Чтоб очень он грустил, скорбел –

Не замечал я…

Уже стемнело… Он сидел

Над «Завещаньем»,

Качал задумчиво челом:

Кому и что, мол…

…Я – больше чувствовал, чем он

Тоску-истому!..

…А все же – что ни говори –

Есть что-то в этом:

Вот так, от всех «своих» вдали,

Пожить с поэтом,

Дурных привычек перенять

Такую груду!..

Да… Кровь с любовью рифмовать

Я долго буду…»

(Захлопывает тетрадь с «мемуарами». Заглядывает в дверь.)

…С ним ясно все: не убежит!..

(Прищурившись, смотрит в небо.)

                    …Пойти мне, что ли,

Вираж последний заложить

                    Над здешним полем?..

Оставить в небе – помни нас! –

                    Прощальный росчерк,

И оглядеть – в последний раз –

                    Пруд, сад и рощу…

 

17. Фауст. «Завещание»

«…Высокомерен, – люди говорят,

И холоден…» – все так, но лишь отчасти,

И я все помню – каждый добрый взгляд,

И слово каждое поддержки и участья,

Но только никому еще – в свой срок –

Слов благодарности, любви сказать не смог –

Все думал: позже, как-нибудь, успею…

Так мать ушла – я не простился с нею.

Так многие ушли, кто был мне дорог –

Кто в тридцать семь, а кто, как я – за сорок…

О, голоса небесные! – не вы ли

Меня так оглушили, ослепили,

Астральным бредом голову вскружив?..

Успеть проститься б с теми хоть, кто жив…

И, может быть, вот это «завещанье» –

И просьба о прощенье и – прощанье…

(продолжает писать)

«…Дарю тебе я, Франц фон Зиккингем,

Собрание прекрасных древних гемм…

…Агриппе-магу, другу и сопернику,

Дарю все письма Босха и Коперника…»

(Осматривается, видит, глядящие на него слепыми зрачками, бюсты «древних»…)

…Вы помните, увенчанные лавром,

Ваганта, молодого бакалавра?..

Он шлет поклон вам, стоя перед бездною…

(Пишет.)

«…Все глобусы, земные и небесные,

Торкветы, астролябии, все карты

Бюст Пифагора, зеркало Астарты,

Тибетский череп, кельтский древний герб,

Все – в университет мой, в Гейдельберг.

…В цирк Йоргенса – кимвал с китайской арфою,

Ручного волка, кобру с черепахой…»

(Наливает вина из кувшина, пьет; взгляд его задерживается на кубке)

«…Все емкости – пиалы, кубки, амфоры –

Отправить в погребок Ауэрбаха».

 

18. Фауст и Елена. Последний день

Ф а у с т

…Я вспомнил, как ты ночью тихо пела…

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

…Я сделаю все так, как ты хотела…

…Встань, подбери заколки все и серьги…

…Я попрошу Его о милосердье…

За этот дар – с тобою рядом жить –

Я буду – как никто – ему служить!..

 

…Я Мессы ни одной не пропущу,

И встану ближе всех у алтаря я,

Я дух свой усмирю и укрощу,

Слова псалмов и кантик повторяя!..

…Мой затяжной недуг – преодолим!..

Я буду кроток, все молитвы вспомню,

Я замолю грехи, в Иерусалим

Пойду пешком ко Гробу я Господню!..

…Приму все епитимьи, все лишенья,

Взращу в саду маслину и алоэ,

И каждый вечер, до изнеможенья,

Молиться буду я у аналоя!..

 

19. Фауст. Молитва

…Ты слышал ведь все – так зачем повторяться?..

Ну, хочешь – завою, как воет зверье?..

О, Боже, мы все на земле – постояльцы,

Но дай задержаться мне возле нее…

…Ну, хочешь – я книгу составлю большую,

А хочешь – огромную – с фактами – речь,

Где людям о нечисти все расскажу я,

Чтоб нового Фауста предостеречь!..

… О! – дикая жажда вдруг – жить! – обуяла…

Смиренный, целую я знамя Твое –

Но пусть лишь – ни смертный, ни бог и ни дьявол –

Кто б ни был – другой не узнает ее!..

…А хочешь, – заставлю – споет «Аллилуйя»

Индусское племя, татарский улус…

…Я ей обещал, что грехи замолю я –

Ты видишь, я слово сдержал – я молюсь!..

Я всех приведу, обращу, завоюю,

Вдолблю всему миру я Имя Твое,

И кровью во Имя Твое все залью я –

Но пусть лишь другой не обнимет ее!..

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

…Да что ж это делаю, что говорю я?..

Я – жалкий, презренный, ничтожный моллюск!

Я е й обещал, что грехи замолю я –

Но, Боже, не верь, что я вправду молюсь!..

 

20. Сон Елены

…Мы бежим с тобою где-то –

Рядом падает река –

Вдоль гранитных скал, одетых

В бархат папоротника…

…То изломы, то провалы,

То – ноги гигантской след…

Как живая, дышит лава,

Остывая тыщи лет…

…Отдаются эхом, гулом

Голоса – и твой, и мой…

…Открывается лагуна,

Освещенная луной…

Застываем на бегу мы…

Мальчик к нам идет хромой…

Розы дивные лагуну

Окаймляют бахромой…

Мальчик манит тебя пальцем,

Мир в лагуне и покой…

…И за розою бенгальской

Вдруг ты тянешься рукой…

И – срываешься в лагуну –

След кровавый за тобой:

И огромная акула

Вырастает над водой…

… И – с разрезом глаз ногайским

Мальчик – весело поет,

Машет розою бенгальской

И меня к себе зовет…

 

21. Фауст и Мефистофель. Финал.

М е ф и с т о ф е л ь (вздыхая)

…Последние свои мгновенья

Так просидеть в оцепененье,

В огонь уставясь равнодушно!..

С тобою стало даже скушно…

А как украсила бы сразу

Дневник мой этакая фраза:

«За миг перед отправкой в б е з д н у

Пресечена попытка к бегству!..»

(Горячо.)

…Старик ведь ждет тебя, покайся!..

Живи, в любви ее купайся,

Греши, молись, в себе копайся –

И разовьешь, раскрутишь тему –

Напишешь новую поэму,

Тьму мадригалов и сонетов!..

Ф а у с т (обрывая его)

…Я не прошу твоих советов!..

…Я музыку небесного клавира

Читал с листа, блуждая по Вселенной,

Я обладал сокровищами мира,

Я был любим Прекрасною Еленой!..

…Ты – действуешь по плану, по уставу,

Я – сам решаю все в своей судьбе.

Ты – Демон Зла и служишь Злу во славу –

Я не служу ни Богу, ни тебе!..

…Так и теперь – я э т о сам решу.

Я расстаюсь с бессмертною душою –

Во имя познанного, созданного мною –

Я добровольно ее в жертву приношу!

Хватай ее, тащи к себе в берлогу!..

Я ж в этот миг подобен Богу,

Когда он – так же – в жертву Сына –

За сотворенный мир приносит…

Бьют три удара.

(Вздрагивает, кутается в плащ, жадно всматривается в освещенный луной сад.)

…Смотри – как холодно и сыро,

И все ж – чудесна эта осень!..

М е ф и с т о ф е л ь

…Да, Фауст, – есть свобода, верно,

Есть воля в выборе твоем…

Но только вспомни ты, к т о первым

Был в этом мире бунтарем?..

Кто плюнул на чины и ранги,

Кто изгнан был из высших сфер?..

Он – Князь Востока – Падший Ангел –

Властитель Ада, Люцифер!

Творец злых помыслов и слухов –

Он выбрал вечную дуэль! –

Змий, подстрекатель – Самаэль –

Отец Злых Демонов и Духов!..

Земной, небесной, мировой –

Какой бы ни был Демон сферы –

В нем тлеет искра Люцифера,

В нем дремлет дух его живой!..

Да, приґ няв все его дары,

Повадки переняли те ж мы –

И спит в нас только до поры

В бесплотном теле Дух Мятежный!..

Я не отдам тебя ему!

Я замысел его разрушу!

Я знаю, Фауст, почему

Так хочет взять он твою душу.

Ведь он не с каждым заключит –

Не-ет! – договор т а к о г о рода,

Т а к далеко не всех он чтит –

Что ж у него, там, нет народа?..

О-о… тьма! Поток всегда не плох,

Без них-то – можно перебиться…

Но тот, кого взлелеял Бог!..

Похитить у Него – любимца!..

Характер мощный и большой –

Не шлак, не мелочь, как обычно –

Поэт – с мятущейся душой –

Его желанная добыча!

Ведь он – каким бы ни был тертым –

Всегда – о д и н. Лед, холодина –

Сидит – как мать с ребенком мертвым –

С душою черной, вмерзшей в льдину…

И что ему все пепелища,

Что – наша лесть, и что – восторги?..

Он утешенья в равном ищет,

В тебе он ищет брата в скорби!

………………………………………………………..

…Там, наверху, сейчас скандал –

Кружат враждующие стаи…

Да, я минуты этой ждал.

Я сети сам тебе расставил.

Твой раб (лишь пальца мановенье –

Быстр, исполнителен и точен) –

Как ждал я этого мгновенья,

Как я мечтал об этой ночи!..

Кем был я?.. Шут, без божьей искры

Так, посмеялись – и забыли…

Тебя ж – «печального магистра» –

Все обожали, все любили!..

Я здесь, я – там, и всюду – я –

Столы трещали в изобилье!..

Но женщины всегда тебя –

За широту души – любили!..

…А сколько раз, невидим, я

Мечу цитаты – Плавт, Вергилий…

Но женщины всегда тебя –

Такого умного – любили!..

Я, по дворцам-ларцам скребя,

Ограбил мир – в глазах рябило!..

Но эта публика – тебя –

Такого щедрого – любила!..

…Я, о тебе везде трубя,

В глаза пустил всем тучи пыли!

Ты можешь умирать – тебя

Уже

         потомки

                         полюбили!..

…Да, ты меня не замечал –

Ты был собою вечно занят!..

Я все терпел, сносил, молчал,

Я ждал – возмездья, наказанья…

Я знал – в котле иль на дыбй –

Забудешь гонор свой в Аиде…

Да, я завидовал тебе.

И презирал,

                      и ненавидел;

Узнал я, что и мне дано

И гнев испытывать, и жалость,

И – ко всему – еще одно

Смешное чувство примешалось;

Не замечал ты – слеп ты был –

Любви нелепой проявленья…

Да, Фауст, я тебя любил

И ревновал тебя к Елене…

Я не юродствую, не лгу:

Я сам не ждал, что так все выйдет…

Душа твоя… Я не смогу

Ее униженной увидеть.

Беги!.. Спасайся!.. Пусть вопят

Все духи Ада возмущенно!..

Ф а у с т

…Но – ты?.. О н спросит ведь с тебя?!.

М е ф и с т о ф е л ь

…Пусть буду в камень заточен я,

Пусть о н сломает мне рога,

Пусть гнить мне в топях мокрой выдрой –

Но знай, что Дьявола слуга

Однажды

                 тоже

                            может

                         выбрать! –

Беги!..

Ф а у с т

…Ох, Демон!.. Все б смущал,

Все б дергал ты больную душу…

О н – все сдержал, что обещал –

Так как же слово я нарушу?..

М е ф и с т о ф е л ь (в отчаянье)

…Спасайся, Фауст!.. Я – всерьез!..

Ф а у с т

Шутить и я тут стал бы вряд ли,

Но – клятву, я ему принес –

И буду верен этой клятве…

Вновь бьют три удара. Мефистофель, закрыв лицо руками, отступает в глубину и сливается с темнотой. Фауст остается один.

 

…Вновь душу холодом объяло…

И тень рогатую твою –

Черт, сатана, шайтан ли, дьявол –

Кто б ни был ты – я узнаю!

Я слышу, как ты приближаешься

Ко мне шагами осторожными…

…В ночи, пронзительно и жалостно –

Как горько! – плачет новорожденный;

Что ждет его – судьба ли схимника,

Преступное лихое счастье ли –

Иль чаша с ядом у алхимика,

Иль в церкви чаша для причастия?..

……………………………………………………..

…Печальна полночь расставанья…

Растет в земле гигантский гриб,

И, с Марсом в противостоянье,

Взошла Луна в созвездье Рыб…

 

22. Фауст. Последняя молитва.

…Лукава, жеманна, коварна, капризна –

О, сколько ж извел этой ругани я!..

Будь благословенна же, ныне и присно,

Елена – подруга – супруга моя!..

Тебя обнимая – прощаясь! – целуя,

Последними в жизни слезами зальюсь…

Тебе обещал, что грехи замолю я –

Ты видишь? Я слово сдержал – я молюсь!..

Я делаю шаг уже в Ад из Эдема,

И все дорогое с собой уношу:

Грозу ли в июле, перо ль с диадемой,

Поэму ль, которую не допишу,

Движенье ли, слово ль, прогулку в лесу ли,

Весь краткий – богини с поэтом – союз…

…Сольешься ты снова с небесной лазурью,

А я – с этой ночью навеки сольюсь…

…И в этой, нескладной – последней – молитве

О главном не смог я… Ну, значит – потом…

…Проснешься ты завтра уже на Олимпе,

Ты – дома, а я… Ну, да хватит о том.

…О, как же – твои поцелуи воруя

И плача – тебя разбудить я боюсь!..

И, может, приснятся тебе поцелуи,

Приснится тебе – там – наш странный союз;

Но – сон свой оставив в тени кипариса –

С Тезеем? С Парисом? – покинешь меня…

…Будь благословенна же, ныне и присно,

Елена – царица – богиня моя!..