«всем, кто оставил на грядке

 Автор: МОСКОВСКИЙ ВЕЧЕР

«Всем, кто оставил на грядке меня…»

Всем, кто оставил на грядке меня

в ранней печали, в истоме цветенья,

всем, кто не дожил до черного дня

Лета Господня – забвенье, забвенье!

Всем, кто шагая головки сбивал

ветки цветущей – забвенье, прощенье!

Всем, кто из луж лепестки подбирал

и удивлялся неправде растенья,

всем, научившимся правильно жить,

спасшим себя от глубин пораженья,

внявшим приказу не дорожить

цветом печали – забвенье, забвенье!

Всем, кто измял цветоложе мое

блудом без смысла – забвенье, забвенье!

Всем, кто не верил в мое бытие

и не узрел среди поля – прощенье.

Кто ж не забудет сквозные черты,

в мертвых объятьях бесплодного мая

сон беззащитной моей наготы –

облик души – перед кем не растает?

1978

 

***

Тристан (августа фон платена) перед

 Автор: МОСКОВСКИЙ ВЕЧЕР

ТРИСТАН (Августа фон Платена) Перед кем Красота представала Тот на гибель уж был обречен На земле ему дела не стало И трепещет пред гибелью он Перед кем Красота представалаТРИСТАН (Августа фон Платена)

Перед кем Красота представала

Тот на гибель уж был обречен

На земле ему дела не стало

И трепещет пред гибелью он

Перед кем Красота представала.

Вечно длится любовная мука

Лишь безумец пленится мечтой

На земле неизбывна разлука

Для того кто сражен Красотой

Вечно длится любовная мука.

Вздох язвит ему грудь точно жало

Смерть несет ему запах цветка

Перед кем Красота представала

Истончен словно нитьручейка

Вздох язвит ему грудь точно жало.

«я одна, я на узкой

 Автор: МОСКОВСКИЙ ВЕЧЕР

«Я одна, я на узкой дороге…»

Я одна, я на узкой дороге,

и как жизнь за спиною, темна

холодящая веки стена,

что на ближнем видна повороте.

И как будто мне выбрать дано,

и как будто не все решено

в этой линии хмурой и строгой –

есть еще золотая стезя,

мимо стенки, к ручью, но меня

привлекает мысль, что нельзя

нам избегнуть судного дня,

и я мысленно трогаю строки –

гребни пресной прохладной струи,

и горячие слезы мои

вспять рекою бегут к истокам.

1986

 

***

«наполнена своей тоской…» наполнена своей

 Автор: МОСКОВСКИЙ ВЕЧЕР

«Наполнена своей тоской…»

Наполнена своей тоской,

как мраком девственным природа,

и ниоткуда луч живой

не проницает небосвода.

Застыли рощи и сады

гримасой боли неуемной,

и я, вдвоем с душой свободной,

как каторжница, жду беды…

Нет от любви освобожденья,

покуда сердце живо в нас –

желаний вольное движенье,

надежд безмерных искушенье

к тьме пригвождает всякий раз.

1983

 

***

Лебеди в куле i have

 Автор: МОСКОВСКИЙ ВЕЧЕР

ЛЕБЕДИ В КУЛЕ I have looked upon those brilliant creatures and now my heart is sore WЛЕБЕДИ В КУЛЕ

I have looked upon those brilliant creatures

and now my heart is sore

W.B. Yeats «The wild swans at Coole»

Осенние тропинки сухи,

шуршит опавшая листва,

сквозь лес сюда иные звуки

доносятся едва-едва.

Который год я здесь брожу

и лебедей своих считаю,

и снова отпускаю стаю,

и новых откровений жду.

О, счет веков благополучный,

когда судьба других миров,

их путь зловещий, скорбный, млечный

сокрыты дымкой облаков.

1985

 

***

«ничего не могу изменить ничего

 Автор: МОСКОВСКИЙ ВЕЧЕР

«ничего не могу изменить ничего переставить…»

ничего не могу изменить ничего переставить

в этих голых деревьях под снегом вокруг обреченных слобод

не прошу у судьбы ничего не надеюсь оттаять

что могло быть – прошло и теперь только время идет

так зачем же я выбрала эту безмерную тягость

и за что же я выбрана ею бессильна под гнетом щедрот

отчего никому ничему на земле не досталась

только пылкой тоске у безвременья лет средь безвременья вод

почему никуда не прибита волной многоцветной

и мой грешный язык полумглу полуправду поет

почему погибаю с рожденья бессмертна бездетна

и не встречен никем в океане мой парусный флот

ничего не могу объяснить ибо нет оправданий

у безбрежия жизни что мимо деревьев под снегом течет

только с криком немым одичалые чайки небесных заданий

покидают мой борт пока судно за судном уходят под лед

1978

 

***

«нас держит здесь дыхание сирени…»

 Автор: МОСКОВСКИЙ ВЕЧЕР

«Нас держит здесь дыхание сирени…»

Нас держит здесь дыхание сирени,

сияние жемчужных облаков

и опьяняюще-обманный зов

всего, пред чем склоняем мы колени.

Нас предал Бог на вечное закланье,

и с равнодушием государя

всесильного, презревшего стенанья,

оставил в колбе мирозданья

в крови барахтаться, клочком любви даря.

Любви друг к другу,детям и природе,

к прибытию далеких кораблей,

к рождению в странноприимном роде

беспомощно-пророческих идей.

Но ход вселенной возлюбя превыше

несовершенства хрупкого людей,

какой-нибудь Паскаль, жилец среди идей,

нас обделяя нежностью своей,

совьет ли нам гнездо под всемогущей крышей? –

нет, только сторону приняв Творца,

покинет мир людей с проклятьем беглеца.

Я мир живой люблю, и теплую беседу,

и разума ростки в коротком лете дней

на грядке зябнущей души своей

я посвящаю своему соседу

по жизни пламенной, по скудному обеду.

75-78

 

***

«декабрьские сумерки утренних грез…» декабрьские

 Автор: МОСКОВСКИЙ ВЕЧЕР

«Декабрьские сумерки утренних грез…»

Декабрьские сумерки утренних грез,

толпящихся с мрачным терпеньем под сводом

вокзалов, вершащих наемный извоз,

невольничьих дум облака под присмотром

наивных, беспомощно-преданных глаз,

загадочно спаянных с мускулатурой

и с полой обоймой бессмысленных фраз,

решений медвежьих, стальной арматурой

наемных загонов des Lovensgericht*

и всей этой пыточной процедурой ,

общественной жизни, под сводами пихт,

под сводами пальм, под сводами лип,

под сводами вязов, под сенью олив –

декабрьские сумерки утренних грез,

ночных откровений, предсмертной печали –

и этот последний, последний вопрос:

за что одарили, за что наказали?

1983

_______________

* право силы –»львиный суд» (нем.).

И. Гёте «Райнеке-Лис».

 

***

«нежно, безбрежно колышет печаль…» нежно,

 Автор: МОСКОВСКИЙ ВЕЧЕР

«Нежно, безбрежно колышет печаль…»

Нежно, безбрежно колышет печаль

суденышко утлых надежд у причала.

Отсюда когда-то получит начало

стремительный бег в освещенную даль.

И будет там кто-то манить и пленять,

и будет там что-то как стяг развеваться,

и в лунном полете все будет казаться,

что солнечным светом слепит благодать.

И все униженья, клеветы, позор

в свой герб родовой горделиво ты впишешь,

и сделаешь вид, что вовсе не слышишь

намеков, не видишь насмешливый взор.

Так дай тебе Бог, чтобы это шаманство

надежд, силуэтов в просвете сквозном,

святых убеждений и тяги пространства

всегда осеняло печалью твой дом.

1985

 

***

«высокие кручи над бледной водой…»

 Автор: МОСКОВСКИЙ ВЕЧЕР

«Высокие кручи над бледной водой…»

Высокие кручи над бледной водой,

и сосен озоновый запах,

и сень золотистая над головой,

и – точно бумажный – кораблик.

И небо меж веток мелькает светло,

и флаги над рубкой трепещут –

и вся эта радость, и свет, и тепло

сквозь облако дымки зловещей,

окутавшей слабое сердце мое,

которое ждать перестало

и выцветший парус свернуло давно,

и дремлет над жизнью устало –

и день золотистый над бледной волной,

и сосен озоновый запах –

как будто бы все в иностранном кино,

и точно бумажный – кораблик.

Куда вы плывете – эй, люди – ау!

Я там уж давно побывала,

ходила под солнцем, топтала траву,

и ждать я с тех пор перестала

от круч и от сосен над бледной водой,

что сбудутся их обещанья,

а сень золотистая над головой –

ведь это прощанье.

 

***