«приходила домой с покалеченным взором…»

 Автор: Ольга Кучкина

«Приходила домой с покалеченным взором…»

Приходила домой, с покалеченным взором,

разоренным нутром, затрудненным дыханьем,

не облегчить ни жалобой, ни разговором,

обойтись крепко стиснутым ртом и молчаньем.

Это прежде счастливые драки до крови,

страсть наружу рвалась, молода и всевластна.

Нету сил. У судьбы, как у жесткой свекрови,

не допросишься воли, а слабость напрасна.

Мне не перешибить того обуха плетью,

предложенья случайностей каменно сводит.

Телефонный звонок: я забыл вам заметить,

ваше мужество нынче проверку проходит.

23 мая 2005

 

* * *

«мелкая буржуазность запада…» люсе петрушевской

 Автор: Ольга Кучкина

«Мелкая буржуазность Запада…»

                            Люсе Петрушевской

Мелкая буржуазность Запада

стрекочет машинкой для подрезанья травы у дома

и лязгает ножницами,

округляя кустарник до состояния шара,

а после берет снаряжение

и идет играть в гольф

в чистом поле

с маленькими холмами и травяными лестницами.

Бьет ли она посуду в кухне по вечерам,

а по ночам душит мужа либо жену в постели,

или это делает только русская антибуржуазность,

согласно Достоевскому и тебе, моя подруга?

7 мая 2003

 

* * *

«я прачка, я склоняюсь над

 Автор: Ольга Кучкина

«Я прачка, я склоняюсь над большою стиркой…»

Я прачка, я склоняюсь над большою стиркой,

вся в мыльных пузырях и медных звонах,

вся в пыльных пустырях, чужих резонах,

в материи озонных зонах, с дыркой.

Материя стирается под крик клаксона,

под скрип тележный сохнет над распятьем,

под всхлип мятежный королевским платьем

на голом короле сидит условно.

Я старая швея, я золотою нитью

заштопаю разруху и разрывы ткани,

зашоренному духу, заржавевшей скани,

очиститься велю по вольному наитью.

Стираются миры, все выкручены связи,

вся выкручена роль у простодушной прачки,

и выключена боль шальной швеи-чудачки,

я снова посреди живой воды и грязи.

Я рыба-существо в горючей пене,

горячая слеза в глазу незрячем,

найдем Е, М, в квадрате С и снова спрячем,

я глыба-вещество в могучем плене.

5 апреля 1993

 

«моя последняя любовь…» моя последняя

 Автор: Ольга Кучкина

«Моя последняя любовь…»

Моя последняя любовь

сияет мне из каждой щели,

тьмы отступают еле-еле

и свет обрушиться готов.

В таинственный нестрашный час

душа звучит, как мандолина,

и нотный лист пред ней предлинный,

и Бог играет прозапас,

и тайной музыкою сфер

окутав праздничное ложе,

уносит нас туда, о Боже,

где ни греха, ни свар, ни скверн.

Но крик, но боль, но аз воздам!..

Мир злом наполнен, как проказой.

И взглядом девочки безглазой

как будто бритвой по глазам.

12 марта 1994

 

Модель в.н. летела средь людей

 Автор: Ольга Кучкина

МОДЕЛЬ                                   ВМОДЕЛЬ

                                  В.Н.

Летела средь людей с неведомым заданьем

пилотная модель с опереженьем ранним,

и двигатель сгорал в ней внутренним сгораньем,

звучал немой хорал, пропетый мирозданьем,

и, узкая в плечах, как женщина, бывало,

не узнана, в печаль, как в молоко, впадала,

чужой сожженный мост дымился запоздало,

и рой нелепых звезд дырявил покрывало.

Найди меня, найди – в ночи слепящий шепот,

блестящие дожди и бархатная копоть.

Оставь меня, оставь – как будто конский топот,

совсем другой состав завинчивался в штопор.

Скрипели тормоза в чудесном аппарате,

вокзал глядел в глаза, все было так некстати.

Модельный экземпляр, как барыня на вате.

Шар был предельно стар – и девочка на старте.

13 января 1993

 

* * *

«моя душа, как балеринка…» моя

 Автор: Ольга Кучкина

«Моя душа, как балеринка…»

Моя душа, как балеринка,

на ножках бегает кривых,

всплеснет ручонками, как в танце,

от изумленья, дурачок.

Никто уже на этом свете

не удивляется ничуть.

Она же, как дурак последний,

все плачет, плачет…

Как дурак.

9 октября 1998

 

* * *

Мертвое озеро и это вода.

 Автор: Ольга Кучкина

МЕРТВОЕ ОЗЕРО И это водаМЕРТВОЕ ОЗЕРО

И это вода. Но она не вода,

она вовсе не та, из которой ручьи,

и которая ночью по крыше стучит,

и только от горя, если горчит,

и что падает с неба на землю сюда.

А эта вода поднялась из земли,

проступила сквозь поры, как кровь или пот,

и стоит тяжело, и не плещет, не бьет

родниками веселыми, наоборот,

держит вес, как китаец держит кули.

А эта вода, она ранит, как нож,

солонее, чем соль, тяжелее свинца,

она скорого не потерпит гонца,

с нею можно, как с другом, пойти до конца:

если сделаешь пару глотков, то умрешь.

Соляные столбы – вот и место, и стык,

вот и опыт, что Лотовой пройден женой,

соль земли, что меж этой страной и войной

обернулась двойною, тройною ценой

для того, кто не выучил знаков язык.

Не жива, а мертва эта сизая гладь,

в ней глухая, стоячая нежить живет,

она трогает ноги, и грудь, и живот,

на времени ценит иной оборот,

и не помнится влаги другой благодать.

Вслед за мертвою сбрызнуть живой… Подожди,

вспомни детские сказки: сперва умереть.

Мне пора не пора, мне одной не суметь

одолеть этот срок на живот, не на смерть,

мне в Россию, где льются живые дожди.

22 июня 1998

 

* * *

Американский дневник даше а еще

 Автор: Ольга Кучкина

АМЕРИКАНСКИЙ ДНЕВНИК                           Даше А еще как будто лихорадкой бьет примерка страстная костюмов, платьев, туфель, шляп, браслетов, сумок, воздуха чужого кражей сладкойАМЕРИКАНСКИЙ ДНЕВНИК

                          Даше

А еще как будто лихорадкой

бьет примерка страстная костюмов,

платьев, туфель, шляп, браслетов, сумок,

воздуха чужого кражей сладкой.

Вещь в себе и на себе вещица

веществом заветного творенья,

ритмы, рифмы, мифы, повторенья

с блеском предлагает продавщица,

тайные квартирки отпирает,

зеркалами ловит отраженье,

на плите кипит преображенье,

кухня выраженья отбирает.

Модное лицо сменяет образ,

образок серебряный старинный,

оплывают свечи стеарином,

умирает восхищенья возглас.

Философский камешек в браслете

выпадает на пол из картинки.

Ленты, шляпы, кружева, ботинки

обморочно виснут на скелете.

10 августа 1993

 

«не удается соединиться…» памяти бориса

 Автор: Ольга Кучкина

«Не удается соединиться…»

                   Памяти Бориса Рыжего

Не удается соединиться,

третья попытка кончается глухо,

узел не найден, дрожит единица,

клацнет отказом в привычное ухо.

Сокет ошибся, вот номер ошибки,

зря введены были имя с паролем,

не передать знак веселой улыбки,

что пополам с проникающим горем.

Сервера имя, прошу вас, проверьте,

с пальцев на клавиши морок стекает,

срок до внезапной объявленной смерти

вечность, как кошка, поспешно лакает.

Сокет – гнездо в переводе на русский,

яйца все скопом кукушка сложила,

бой или сбой в той считалочке тусклой,

рвется тугая надсадная жила.

Рыжий глядит на стихи на дисплее:

вывесить душу бельем на веревке

резко на сайте…

Но снега белее

чей-то компьютер заткнулся на бровке.

7 февраля 2003

 

* * *

«черновик перепачкан и спутан…» черновик

 Автор: Ольга Кучкина

«Черновик перепачкан и спутан…»

Черновик перепачкан и спутан,

страсти страшно испортили почерк,

сон, как гость, навещает под утро,

стыд и голод – хозяева ночью.

Аппетиты умерь, типа волчьих,

сожаления, типа овечьих,

и качнут тебя сызнова молча,

словно в зыбке дитя человечье.

Ты в ответ просияешь улыбкой,

позабудешь кровавые знаки,

прежний счет посчитаешь ошибкой,

из щенка не подашься в собаки.

Меж собакой и волком пространство,

меж волками и овцами время,

ты не станешь в них больше стараться,

ты не с этими и не с теми.

Соберешься серьезно в комочек,

ограничишь границы границей,

ускользнешь из разорванных строчек,

чистой обернешься страницей.

4 апреля 1997

 

* * *