Зависть дело, может быть, совсем

 Автор: УРОКИ МУЗЫ

ЗАВИСТЬ Дело, может быть, совсем не в том, чту за дело; важно – кто создательЗАВИСТЬ

Дело, может быть, совсем не в том,

чту за дело; важно – кто создатель.

Кто получит яблочком – Невтон

по балде, иль просто обыватель.

Я б сказал к примеру: «Надоел

ямб четырёхстопный, всяк сторчит им»

и куплет октавой бы пропел –

хрен он был бы кем-нибудь прочитан!

А однажды Гений и Талант

в строчку приведёт Милицанера,

и глядишь – он Автор и Гигант,

всякая стена ему – фанера.

Он как хочешь, так и колбаси.

Я ж – как ни выпендривайся – тщетно.

Ни тебе народного мерси,

ни на презентации фуршета.

2003

 

«как сказать – тихо или

 Автор: УРОКИ МУЗЫ

«Как сказать – тихо или погромче…»

Как сказать – тихо или погромче?

Да, пожалуй, лучше будет потише.

Хотя можно и грохнуть что твой погромщик:

как война, рифма всё спишет.

Это розы ЕЁ, метаморфозы,

пресноватая кровь сам-друг с бровью

расправляют в плавленый сырок рожу,

(и моя – гляди – вымя коровье).

И проходит жизнь, и почти рядом.

Покопайся в склизких её анналах.

Ну, не рифму сыщешь настырным взглядом –

хоть в обмылках быта – её аналог.

За которым – когда он как звук подан –

в потрохах эпохи ни эха: тихо.

Вход забыт; выход забит кодом…

Выйти так, иначе ли?.. Метод т ы к а

всех надёжней, ибо – и в том хохма! –

жизнь сама утечёт, бурней рвоты.

Но – сама-сама, а всё ж ТАК хоть бы,

а ИНАЧЕ – очень уж неохота…

А зависит ли судьбы окончанье

от того, как зависнет луна в туче?

От того, засвистит ли в свисток чайник?

И от громкости слова?..

И как – лучше?

1998

 

Начало и конец трудно начать

 Автор: УРОКИ МУЗЫ

НАЧАЛО И КОНЕЦ Трудно начать – я слыхал от начавших – проще продолжить: начало-то есть!НАЧАЛО И КОНЕЦ

Трудно начать – я слыхал от начавших –

проще продолжить: начало-то есть!..

Может, и так. Но значительно чаще

главная трудность, конечно, конец.

Мало сыграть в окончательный ящик.

Стих – мой пожизненный ангел и бес –

он и посмертно мне ЗАГС и СОБЕС,

телохранитель и душеприказчик.

Трудно начало?!.. – Присутствуя днесь,

мысль извращая посредством словес,

выйду ль за рамки, и где – настоящий?..

Только конец, точно телекинез,

нерукотворно взметнет до небес

прах и низвергнет в пучины смердящи.

1990

 

Безделушечный мастер безделушечный мастер работает

 Автор: УРОКИ МУЗЫ

БЕЗДЕЛУШЕЧНЫЙ МАСТЕР Безделушечный мастер работает тонко и трезвоБЕЗДЕЛУШЕЧНЫЙ МАСТЕР

Безделушечный мастер работает тонко и трезво.

Совершенство в безделке даётся трудом и трудом.

И бренчит в его ранце не маршальский титул маэстро,

а предметы попроще: палитра, блокнот, метроном.

Безделушечный мастер совсем не безделками занят.

Он творенье своё для проверки выносит на свет.

Проверяет на глаз: не сверкнёт ли восторга слезами.

Проверяет на слух: зазвенит, или, может быть, нет?

Он собой недоволен и правит в работе изъяны:

то акцент переставит, то охры добавит в сурьму,

то бравурное forte заменит на робкое piano…

Вот бессмысленный труд! Он и нужен ему одному.

Но гармонию выверив замысла гибким лекалом,

из властителей мира лишь ей подчинен и не чужд,

он свободен смеяться и видеть великое малым,

и общественный скепсис для личных использовать нужд.

И когда он в отделке безделки достигнет предела,

завершив не разменный на зло и добро сувенир –

пусть останется чёрное чёрным и белое белым.

Что он, в сущности, миру, и что ему, в сущности, мир!

Он работу закончил. Дальнейшее, в общем, известно.

Отодвинут блокнот и уложен в футляр метроном.

И, промыв скипидаром палитру, вздыхает маэстро

и торопится к двери – пока не закрыт гастроном.

1985

 

«надоело крылатой красуле…» внучке симе

 Автор: УРОКИ МУЗЫ

«Надоело крылатой красуле…»

                          Внучке Симе

Надоело крылатой красуле

тусоваться со мной, бестолковым.

Улетела. И строчку простую

не сложу я, стреножен и скован.

Словеса обратились в обмылки,

И страница – как чёртова кожа.

Серафима моя, шестикрылка,

ты одна мне осталась надёжа.

 

 

* * *

Улёт музы я в смятенье,

 Автор: УРОКИ МУЗЫ

УЛЁТ МУЗЫ Я в смятенье, в панике: улетела МузаУЛЁТ МУЗЫ

Я в смятенье, в панике: улетела Муза.

Ах, камена старенькая, ты ж пропадёшь!

Хрен с ними, с сонетами, наелся их от пуза.

Надо догонять её, хошь-не хошь!..

Шапку на все пуговки, на ноги перчатки

(с классиков по буковке, глядишь – сюжет).

Ох, творить не хочется… В текстах опечатки…

Вылетела в форточку!.. Что за жест?..

Бабуленька, милая, не видали даму?

Ну, такая: крылья, венок, ридикюль…

Шлейфом пыль сметает вместе со следами…

И ещё летает, легка, как тюль…

Говорит бабуля: «Что ты, дядя!

Я тут караулю день-деньской.

Антересно дело сидеть, на вас глядя,

но я не углядела дамы никакой.

Я сама незнатная, папка был асессор,

ну, ассенизатор – кто разберёт…

А твоя знакомая летит ли – неизвестно.

Мнй бы так: по-скорому – вж-жик и – вперёд!..»

Рыщу по бульвару, Остоженке, Ленивке,

по заулкам малым (её пугает шум).

Зыркаю по окнам: может, по ошибке…

– Бабушка, умолкните, я Музу ищу.

А она и правда всё чего-то шепчет,

и всё сжимает странный смешной ридикюль…

Венок её выцвел, шлейф поблекший

хлопает, как выстрел, о шаткий стул.

2003

 

Цифры и буквы как неверный

 Автор: УРОКИ МУЗЫ

ЦИФРЫ И БУКВЫ Как неверный супруг, урка мафии, или, как агент ЦРУ, я живу двойной биографией и, наверное, так и умруЦИФРЫ И БУКВЫ

Как неверный супруг, урка мафии, или, как агент ЦРУ,

я живу двойной биографией и, наверное, так и умру.

С утра, развозящий цифры по вдрызг ледяной Москве,

я ночами играю в игры с буквами: А, Б, В…

Вроде граней кубика Рубика (но проворнее) их кручу,

и в скрипе мне слышится музыка, молчанию карачун,

может, бледная или резкая, а по мне – как раз в аккурат,

за застиранной занавескою бормочет всю ночь подряд…

Но наступит число на грабельки в одно из пасмурных утр,

и те цифирки как кораблики, в рублик сложены, приплывут.

В этой связке – Рубики-рублики – компоненты равно важны.

Суммы пусть будут кругленьки, остальное – любой длины.

Приручившему стаю ангелов зла-добра не пресечь черту…

Как атлет, увенчанный штангою, равновесие грузов чту.

Может, цифирки повесомее: их ведь меньше на тот же вес,

но зато от них больше оскомины, а от буковок больше чудес…

И пока эскалатор стонущий, обживаемый мной встояка,

репетирует рёв чудовища, я, подрёмывая слегка,

чудесами и пользой схваченный, балансирую на тропе,

как отец перекрёстной мафии или ставленник КГБ.

 

 

* * *

«прочти с размаху косвенную фразу…»

 Автор: УРОКИ МУЗЫ

«Прочти с размаху косвенную фразу…»

Прочти с размаху косвенную фразу,

игрушечные рифмы перестрой.

Петит намёка не заметен сразу,

сокрыт аллитераций трескотнёй

И тайна всё темнее год от году –

её не разгадать вам никогда…

Вы думаете, это про природу?

Про жизнь?..

– Не угадали, господа

Манифест стихотворение – не анекдот.

 Автор: УРОКИ МУЗЫ

МАНИФЕСТ Стихотворение – не анекдотМАНИФЕСТ

Стихотворение – не анекдот.

Не излияние и не глюк.

Не чувств половодье. Наоборот:

Это – УПОРЯДОЧЕННЫЙ НАБОР ШТУК

Дам пояснение, кто туповат

(в первую очередь для себя).

«ШТУКА» – то, что летает – над,

фабулу комкая и торопя.

ШТУКИ – первичны. Как Слово: То,

Сказанное (кому? О чём??..)

Что воспевают они? – Ничто.

Свят ли познавший их? – Обречён.

Каждая – абсолютно чиста.

Как эталон. Или – ориентир.

Это – кристальная красота.

Она никогда не спасает мир.

ШТУКИ приносят свой звон, штрих

вкусу в угоду, и вот (вдруг!)

выкристаллизовывается – Стих.

Т.е. УПОРЯДОЧЕННЫЙ НАБОР ШТУК.

2004

 

Уроки музы репетиторша муза всё

 Автор: УРОКИ МУЗЫ

УРОКИ МУЗЫ Репетиторша Муза всё учит меня: УРОКИ МУЗЫ

Репетиторша Муза

всё учит меня: «Полиричней!

Душу, душу раскрой!

Да пошире, чтоб видели все.

Что за рифмы, послушай!

Ведь так рифмовать неприлично!..

Тут любимую вспомни

в её ненаглядной красе.

Тут уместен пейзаж,

непременно с дорожкою лунной.

Тут впендюрь постмодерна

какой-нибудь яркий мазок.

А в четвёртой строфе

намекни, что созданием юным

увлечён твой герой –

вроде Гумберта Гумберта. ОК!»

И – корявый балбес –

неужели дождусь пересдачи?!

Наконец, оправдаю

унылый безрадостный труд?

И каникул мираж

промелькнёт сыроежкою с дачи.

И седой академик

мне впишет презрительный «уд».

И с условной зачёткой

рвану в виртуальное небо.

Там молчит ураган

и орудует ласковый бриз.

Что – земное теперь!

Я всё грезил: небесное мне бы!..

Ну – и вот она, Вечность –

труду и усердию приз!

2005