«строчу привычно…» строчу привычно, весь

 Автор: ПОВОД К ПЕРЕБОРУ

«Строчу привычно…»

Строчу привычно, весь блокнот исчёркал,

вдруг слышу: кто-то дышит за спиной.

Я думал – так. А это встреча с чёртом,

ведь то был он, не кто-нибудь иной.

Неймётся чёрту даже по субботам!

Что делать? Как – нечистого надуть?

Но выходной, и хоть бы в небе кто-то,

кто истинный мне указал бы путь!

Не докричавшись бога и мамоны,

сам заору в отчаянье ему:

«Вы, чёрт, ребром ошиблись!..» – и в ладони

серебряную скрою седину.

Так от соблазна, словно от погони,

я убегу – и мудро, и хитро…

Но мерзкий бес провидит сквозь ладони

и знает, где ребро, где серебро.

2000

 

* * *

Ловцы человеков то в кодексе

 Автор: ПОВОД К ПЕРЕБОРУ

ЛОВЦЫ ЧЕЛОВЕКОВ То в кодексе ветхом, то в юном завете, то в моно-, то в многопартийном труде ловцы человеков расставили сети: то эти – то эти, то эти – то теЛОВЦЫ ЧЕЛОВЕКОВ

То в кодексе ветхом, то в юном завете,

то в моно-, то в многопартийном труде

ловцы человеков расставили сети:

то эти – то эти, то эти – то те.

В скрижаль этой жизни я вписан навечно,

но с неба, конечно, хватать не готов

ни пентаконечных, ни гексаконечных,

ни тетраконечных (заплечных) крестов.

Плыву между ними беспечною рыбкой,

кощунствую грязно в бесплотной душе.

А внешне я – паинька с робкой улыбкой,

«пардон», – говорю, – «у-тю-тю», и вообще…

В скрижаль этой жизни я вписан навечно –

не в кучке-могучке, а сам по себе.

Прощайте, ловцы даровых человечков.

Завидую вашей посмертной судьбе.

1990

 

Пряничный домик не осталось мне

 Автор: ПОВОД К ПЕРЕБОРУ

ПРЯНИЧНЫЙ ДОМИК Не осталось мне радости, кроме как уродовать ямб и хорейПРЯНИЧНЫЙ ДОМИК

Не осталось мне радости, кроме

как уродовать ямб и хорей.

Приюти меня, пряничный домик,

Робинзона в толпе дикарей.

Под твои шоколадные своды

тихо-тихо пройти разреши.

Дай мне капельку сладкой свободы –

скрыться в теплой ванильной тиши.

Позабыть безобразную прозу,

внешний мир, неуклюжий, как шкаф,

чтобы мне – только сладкие розы

в разноцветных конфетных горшках.

И – где вафли паркетные сохнут –

в мармеладовом кресле лежать

и смотреть в леденцовые окна,

и сквозь них ничего не видать!

1968

 

* * *

Яблоки все люди равны и

 Автор: ПОВОД К ПЕРЕБОРУ

ЯБЛОКИ Все люди равны и похожи, и истинно (чтоб я усох!) – различны лишь кожи да рожи, да формы носов и усовЯБЛОКИ

Все люди равны и похожи,

и истинно (чтоб я усох!) –

различны лишь кожи да рожи,

да формы носов и усов.

И жаль, что различен обычай

у разных народов и стран,

что говор их разноязычен –

не правда ли, сэр Джонатан?

Хоть каждый и всякий свободен

слова изрыгать изо ртов –

Антонов, Шафранов и Гольдин

рвут яблоки разных сортов.

Кто палочкой ест, кто с тарелки,

кто в сари одет, кто в мохер…

С галушками пан Семеренко…

С сосисками – Штрейфель, майн Херр…

И я вам скажу без утайки:

меня не заставят враги,

чтоб жрал, извиняюсь, китайку,

а крымского, мол, не моги!

А ты предложи, тамада, мне

(себе перед этим налив),

не красного, будто бы даме,

нет, мне – только белый налив!..

И вот уже слышится, будто

ору я, хоть вовсе не пьян:

– Как классно, что множество фруктов

у разных народов и стран!

2003

 

От ионы в чреве кита

 Автор: ПОВОД К ПЕРЕБОРУ

ОТ ИОНЫ В чреве кита – удивительно ли, что темно! Анаэробика: нечем дышатьОТ ИОНЫ

В чреве кита – удивительно ли, что темно!

Анаэробика: нечем дышать. И фонарик

Здесь не горит. И, к тому же, ужасно воняет,

булькая, непереваренное дерьмо.

Склизкие твари касаются рук и лица.

Воет кишечник, как будто нечистый с амвона.

Но говорю себе: стой, не сгибайся, Иона!

Всё претерпи, или ты над собою – не царь!

Скачет чудовище книзу и вбок на волну.

Компас бы слопало что ли, хотя бы для виду…

Гаснет в просвете резцов вожделенный маяк Атлантиды,

альтернатива забвению и гарпуну.

1986

 

Опять всё застыло? покоя нет.

 Автор: ПОВОД К ПЕРЕБОРУ

ОПЯТЬ ВСЁ ЗАСТЫЛО?                              Покоя нетОПЯТЬ ВСЁ ЗАСТЫЛО?

                             Покоя нет.

                                А. А. Блок

Опять всё застыло? – Да нет, не скажи.

Меняется кое-что в мире.

Вот вышли из моды кривые ножи,

удобные для харакири.

Вот разумом быстрым играет Невтон,

вот дактиль сменился хореем.

И мы изменились – не в этом, так в том:

лысеем, болеем, стареем…

От звёздных громадин и до хромосом,

из вечности дёргая время,

весь мир шевелится – как ёж под кустом,

как плод, извиняюсь, во чреве.

Вселенная, может, спокойней была б,

когда б её не торопили,

умыла бы руки, как Понтий Пилат,

умерила б рост энтропии…

А то, если далее тем же путём

ещё хоть чуть-чуть похромаем –

что будет! Ведь каждый лептончик учтен,

и – вот она! – смерть тепловая.

Всё крутится даже быстрей, чем вчера.

Покой не предвидится, вроде.

И как бы не вышло чего – несмотря,

что ножики больше не в моде.

1995

 

Январский вечер январский вечер, но

 Автор: ПОВОД К ПЕРЕБОРУ

ЯНВАРСКИЙ ВЕЧЕРЯНВАРСКИЙ ВЕЧЕР

Январский вечер, но – почти весна.

Не 90-х, нет! 80-х .

И молодость ещё почти видна,

она как звёзды: светит, да не взять их.

Но молодость ещё почти слышна,

почти что ощутима, точно запах,

который во флакон надёжный заперт

и рвётся в щелку. Но почти – весна.

Вершись, игра, пиши моя контора!

Ещё провала не видать почти,

где пагубные ящики Пандоры

распилят надо мною скрипачи.

Но жуток перечень грядущих дел и бед.

Гляжу: копеечка. А это белый свет.

1990

 

Дублёры легко охватывать детально весь

 Автор: ПОВОД К ПЕРЕБОРУ

ДУБЛЁРЫ Легко охватывать детально весь мир, живя по сто времён! И вот я экспериментально на сто дублёров расчленёнДУБЛЁРЫ

Легко охватывать детально весь мир, живя по сто времён!

И вот я экспериментально на сто дублёров расчленён.

Дублёр шевелит левым ухом; два догрызают карандаш:

один из них рифмует сухо, зато другой впадает в раж.

Дублёр снимает хату с краю; дублёр безмолвствует: хитёр.

С моей женой – уж я-то знаю! – живу не я, а каскадёр.

Вот мы, дублёры по квартире, перекликаемся, жужжа,

как-будто мы – сорок четыре обериутские чижа.

Но наше поприще опасно, ни дня нам не прожить без ссор:

Один дублёр воскликнул: «Ясно!» – «Туман!» – сказал другой дублёр.

И завязалась потасовка, и без труда в один момент

дублёр дублёру рушит ловко его опорный аргумент.

Мы все дерёмся на-отлично: вот нет уже дублёров двух,

и распадаюсь я как личность: направо прах, налево дух.

Рефлексы все из строя вышли, сгустились сантименты в стресс…

Не существую даже мысля: утратил к пище интерес!..

Дублёров бешеная свора меня живьём загонит в ад,

дублёр дублёру не опора, не друг-товарищ и не брат.

Пора уволить всю команду: эксперимент зашел в тупик…

Но кто из нас подаст команду? Кто – настоящий Воловик??.

1985

 

«при помощи районной айболитихи…» при

 Автор: ПОВОД К ПЕРЕБОРУ

«При помощи районной Айболитихи…»

При помощи районной Айболитихи

встав перед фактом встречи с червяками,

печальную колонну – на Калитники –

я лично бы повёл – вперёд ногами.

Но, словно мистер Твистер ошарашенный,

услышал бы: «Мы, право, сожалеем,

но – нет местов . Кресты сто лет не крашены.

и теснотища, как за Мавзолеем.»

Не светит мне престижное Ваганьково

и роскошь колумбария Донского.

Сомнительного пасынка Таганкина

кошерное не примет Востряково.

Катиться, видно, мне (вперёд колёсами)

на пепельную фабрику за город…

Но суть не в том. Как говорят философы –

важнО не расстоянье – путь мне дорог.

Друзья мои! Потомки и сотрудницы!

Хваля меня, не хнычьте: неуместно.

Покойник был сангвиником, и улицы,

бывало, мёл он веником прилежно.

Мог рифму отчебучить – обхохочешься.

А плакать не любил ну, разве, малость.

Ну, ладно, говорите все, что хочется.

Я б сам сказал, да всё уже сказалось.

– Мне горько, – я сказал бы, – не не солоно.

Я чту мою последнюю подругу.

Она сейчас откинет косу в сторону

и вам прочтёт чего-нибудь по кругу.

1995

 

Следующая жизнь следующая жизнь –

 Автор: ПОВОД К ПЕРЕБОРУ

СЛЕДУЮЩАЯ ЖИЗНЬ Следующая жизнь – она не такая, как этаСЛЕДУЮЩАЯ ЖИЗНЬ

Следующая жизнь – она не такая, как эта.

Ведь я уже буду знать, как надо себя вести.

Как научусь писать – сразу пойду в поэты.

А как полову созрею – освою любовный стиль.

Стану гуманитарием – чтобы поменьше трудиться.

Ну – ремесло для денег, скажем, сантехник-сан.

Семьи заводить не стану: буду свободен, как птица.

Пожалуй, съезжу в Европу и всё повидаю сам.

Заведу себе девочку колли, рыжую и шальную.

Чёрно-белым вечером выложу виртуозных перстов пасьянс…

В виртуальных кругах вращаясь, за окном пропущу весну я.

Супротив фантома вистуя, упущу на бессмертье шанс…

И в этой жизни другой, в неизвестности где-то,

за переходом скорым, когда чёрная хрустнет твердь,

обнаружится новый мир, может быть, не такой, как этот,

но, конечно, ещё прекрасней и солнечней, чем теперь.

2003