В тарханах меня навеки лермонтов

 Автор: НАПЕРЕКОР

В ТАРХАНАХ Меня навеки Лермонтов тревожит, и насовсем душа зажить не может от той, в тиски засунувшей виски тоски, чей яд и лечит, и корежит, – от лермонтовской яростной тоскиВ ТАРХАНАХ

Меня навеки Лермонтов тревожит,

и насовсем душа зажить не может

от той, в тиски засунувшей виски

тоски, чей яд и лечит, и корежит, –

от лермонтовской яростной тоски.

Тоски, крещенной давнею обидой,

по истине, расчетливо забытой,

с кошмаром не оплаканных гробов,

по родине, отъятой и отбитой

от всех господ лукавых и рабов.

И я хотела родину – такую,

на ветке упоенно не токуя,

но и в колодец чистый не плюя,

в котором, и печалясь, и ликуя,

неясно отражалась жизнь моя.

Я вслед за бардом,

с той же вечной болью

шла, вторя, не послушницей слепою –

прозревшею наследницей прямой:

«Люблю отчизну я, но странною любовью!

Не победит ее рассудок мой».

Благославляю эту непобеду!

Не брошу, не забуду, не уеду,

верна родным березам и стихам

и твоему единственному свету,

звезда отечества, звезда его Тархан.

А небо у надежды голубое,

и не зазря во мне звучало, споря

с отчаяньем и мукою немой:

«Люблю отчизну я, но странною любовью!

Не победит ее рассудок мой».

Жизнь все меняет с силою забойной

не побежденной, горькой той любовью,

и может быть, и вправду дни близки,

когда дадут плоды добра и воли

года борьбы, надежды и тоски.

Светло на поле праведного боя.

И говорю, став до конца собою,

как блудное дитя, придя домой:

«Люблю отчизну я, но странною любовью!

Не победит ее рассудок мой…»

…Не победит ее рассудок мой!

* * *