Фауст и елена» 1. полет

 Автор: Юрий Юрченко

ФАУСТ И ЕЛЕНАФАУСТ И ЕЛЕНА»

 

1. Полет

I

…Исчез Венеры свет колючий…

И Млечный Путь зарылся в тучи…

Погасла лунная дорога,

И нет ни Льва, ни Козерога…

При тусклом свете Волопаса

Лететь – втроем – небезопасно…

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

…А впрочем – вон видны Плеяды…

Летим! Везде нам будут рады!..

 

II

…Ямб, хорей, гекзаметр, дольник…

Все – обман, отрава, бред.

Что за странный треугольник –

Дьявол, женщина, поэт…

И – в кабак ли, в дом игорный,

В Дюссельдорф ли, в Брауншвайг –

Мчится небом треугольник –

Dihter, Teufel und ein Weib…1

Протестант ли ты, католик –

Пей, пока не припечет!..

Весел пьяный треугольник –

Женщина, поэт и черт…

…У руля стоит покойник –

И летит ладья в ноябрь…

…Страшен вечный треугольник –

Un poete, une femme, un diable!..2

 

3. Ф а у с т.

…Здесь – на спирте настоенный крокус,

Тут же – роза, сразившая лотос

В давнем споре меж Брахмой и Вишну…

Рядом – ягоды «бешеной вишни»,

Белладонна, «кукушкины слезки»,

Там – пион, запечатанный в воске,

Кориандр, подорожник вечерний,

Тимиан, розмарин, поручейник,

Лист мелиссы и стебли пизанга,

Красный ил со дна Нила и Ганга,

Остролист из лесов близ Лозанны,

Эликсиры… настойки… бальзамы –

Шуршат, переливаясь и позванивая,

Их имена, волшебные названия;

Вздыхает лес, и вздрагивают горы –

Прислушайся лишь! – в корне мандрагоры…

…Там – кувшин животворного сока,

Здесь – душистые смолы Востока,

Чудотворные мази из Азии,

Благовонные мирр и мальвазия,

Зерна, травы, цветы и коренья –

Так и просятся в стихотворенье!..

…Осторожно!.. Заварены круто

Черный мак, аконит и цикута…

 

4. Ф а у с т.

…Я много знаю и умею…

…Я знаю – бред на первый взгляд –

Как растворить в вине камею,

Чтоб получить смертельный яд…

Я знаю, как лечить разлуку,

Как Злого Духа обольстить,

И как отрубленную руку

К плечу обратно прирастить;

Коль муж ревнив – как рыбьи жабры

Тайком в карман ему вложить,

Остыл – куда подбросить жабу,

Чтоб вновь его приворожить;

От сглаза воду пить какую,

Когда – в начале дня, в конце ль?..

И как отлить такую пулю,

Чтобы всегда попала в цель…

Как на холсте смешать на белом –

Чтоб совладать с любой бедой –

Немного вереска с вербеной

И волкозуба с лебедой…

Могу и камни – знаю средство! –

Заставить я заговорить;

И в Лету канувшие тексты

Я знаю как восстановить…

Мне тыщи лет… Я знаю много,

Меня непросто удивить…

…Я знаю, как растрогать Бога,

И как – Его же – прогневить…

 

5. Фауст и Мефистофель

М е ф и с т о ф е л ь

…Ах, Рок с любимой разлучил!..

Он плачет, он ломает руки!..

Зачем, скажи мне, изучил

Ты все оккультные науки?!.

Кто в мире лучший из врачей?..

Кто автор первых телескопов?..

А сколько ты провел ночей

Над составленьем гороскопов?..

Стыдись, великий хиромант,

Астролог, маг и прорицатель –

Слабак!.. Amant!.. Комедиант!..

О чем ты плачешь – об утрате ль? –

Всего-то – женщина, пустяк!

Что тут гадать?.. Ну, переспали…

А ты – на картах, на костях –

На всем! – на воске, на кристалле…

Всю ночь, как пьяная сова,

Перебираешь неустанно

Все заговорные слова,

И ладанки, и талисманы…

………………………………..

 

…Любовь!.. Распутница, отрава –

Я знаю много про нее…

Да – голубь слева, голубь справа,

Но вслед за нею – воронье!..

Она поет о «душ слияньи»,

Рядится в тонкое белье,

И добрый, верный христианин

Дрожит, завидя свет ее…

О, лживый свет!.. Его манит он,

Слепец, летит стремглав за ним,

Как пилигрим к иоаннитам

Спешит, ненастием гоним…

…Забыты истины благие,

И проповеди все – вранье!

Она теперь его Богиня,

И молится он – на Нее!..

Их счастье длится, вина льются,

И – переступлена уж грань!..

И Бес Любви – Дух Вицлипуцли

С них первую взимает дань…

…Вот оба – жалкие, нагие,

Порыв любви уже ослаб,

И – он идет к другой богине…

О, человек, ты – вечный раб!

…Уж Бог любовников покинул,

Разврат здоровье подкосил,

Все глубже всасывает тина,

Встать, обернуться – нету сил…

Обрюзгли лица их, потускли,

Глаза и души их пусты,

И Бес Любви – Дух Вицлипуцли

Обходит с факелом посты!..

 

6. Фауст. Воспоминание об Италии

…Как свидание узнику

Вдруг с невестою дали –

Так в Италии Музыку –

Словно только и ждали!..

Здесь поили водой ее

Родниковой, прохладною…

Брал Поэт на ладонь ее,

Травы к ранам прикладывал…

Затянулось все, зажило…

Ее удочерили

Тициан, Микеланджело,

Бенвенуто Челлини…

Все воспрянули, ожили…

Небо красками залили

Музыканты, художники –

Честь и слава Италии…

Ветер землю раскачивал,

И в порыве азарта

Целовались Бокаччьо

И Андреа дель Сарто!..

…Жизнь пружинит, взрывается…

Словно джин из кувшина,

Рафаэль вырывается

Из плаща Перуджино!..

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

…Юность!.. Жизнь моя!.. Грустно как…

…Тая в синем просторе,

Легкой девочкой, Музыка

Шла по берегу моря…

 

7. Фауст и Мефистофель

Ф а у с т

…Прости, но я лечу, мой Джин,

В страну заснеженных вершин –

Я там, среди снегов и льдин,

Хотел бы полетать один…

М е ф и с т о ф е л ь

Нет!.. Или мы уж – не друзья?..

Ф а у с т

…Чем дальше отдаляюсь я

От сада, пруда и от чащи,

Тем я оглядываюсь чаще…

М е ф и с т о ф е л ь

…Вот – для поэмы матерьял…

Ф а у с т

…Как будто что-то потерял

В лесу, в кустах, в траве, во мху…

…И странные – там, наверху, –

Со мною происходят вещи:

Чем выше в небо я взлетаю,

Тем – здесь, внизу – все проступает –

Ясней – отчетливей и резче…

…Посмотришь коль на землю пристально –

Увидишь Кельн с Ганзейской пристанью,

А всмотришься еще внимательней –

Увидишь и могилу матери,

Всю родину – с тоской замшелою,

С булыжной площадью, с амбарами,

С почтовой клячей порыжелою,

С холмом и с мельницами старыми,

С пожарной деревянной вышкою,

С бранд-майстером на ней, красавцем,

И с новой ратушей, застывшею

Меж готикой и ренессансом…

 

8. Фауст и Елена. Полет

Ф а у с т

…Что за нрав, и что за спесь, и что за прыть!..

Ты глупа невыносимо, ты упряма,

Как под крышей добродушного Приама

Удалось тебе послушною прослыть?..

По рукам меня ты вяжешь, по ногам…

Чьи-то фокусы, подлог, обман, подмена –

Если ты и есть – Прекрасная Елена,

Значит, я тогда – Прекрасный Иоганн!..

…Я в гаремах находил приют и кров,

На слонах катался в Дели и в Египте;

Если б был я дальновиднее и гибче –

Попросил бы отпущения грехов…

Есть ли что на свете хуже этих мест?..

Ох, и резок этот ветер, ох, и крут же…

Знал я женщин и красивее, и лучше –

Так за что ж мне, напоследок, этот крест?!

Е л е н а

…В дни давней моей дружбы с Авиценной

Узнала я, что шелк или парча,

А также может камень драгоценный,

Помочь не хуже всякого врача…

И если в душу грусть тебе запала,

И сердце ночью плачет и болит –

Покой вернут лишь отсветы опала,

Спасут аквамарин и хризолит…

Коль хочешь о любви забыть недавней –

Помогут, сон тревожный перебив,

И блеск червонный солнечного камня,

И лунного жемчужный перелив…

И под подушку, в грустный час заката,

Клади – чтобы пришла быстрей заря –

Иль бусы из индийского агата,

Иль четки малабарского царя…

…В Баварии ли, в Спарте ль, в Арагоне

Рассвет встает, шафранно-золотист…

Лишь гиацинт бессонницу прогонит,

А хмель развеет только аметист…

…Любовь перехватила вновь дыханье?

Носи – и победишь наверняка –

Явайские расписанные ткани,

Китайские зеленые шелка…

…………………………………………

…Все древние приметы и поверья –

Как от любви спастись – известны мне,

Забыть пыталась о тебе, поверь, я

В прохладной олимпийской тишине…

Все средства испытала на себе я –

Успех, сказать по правде, невелик:

Боль не снимают крылья скарабея,

Тоску не утишает сердолик…

 

9. Ф а у с т.

…Снилось мне: флейты голос звал кого-то, искал,

Плакал: «…Вернись, amore!..»

…Плыл наш с тобою корабль мимо коралловых скал,

Плыл в Аравийском море…

…В мире во всем покой… Дым голубой позади,

И впереди – сиянье…

Опытною рукой вел наш корабль Саади –

С розой в груди персиянин…

…Слышался над головой шелест невидимых крыл –

Серебряное свеченье…

Замерло в мире все, только корабль плыл

Тихо к заре вечерней…

…Словно так было всегда: небо лишь и вода,

Волны корабль качали,

Ты была молода, не было никогда

В жизни твоей печали…

Ты была молода; не было никогда

Долгой осады Трои…

Словно так было всегда – небо лишь и вода –

Было нас только трое…

…В полночь, под тихую песню, что нам кормчий пел,

Сладко ты уснула,

Словно одиннадцать тысяч непорочных дев

Со святой Урсулой…

…Флейты голос вдали искал кого-то и звал

И – еле слышна – арфа…

Теплый ветер волосы твои перебирал, целовал,

Шелковым играл шарфом…

10. Фауст и Елена. «Зелье».

Кабинет Фауста. Фауст стоит на фоне черного ночного окна. Входит Елена.

Ф а у с т (глядя в окно)

…Ночь… Затаившаяся, волчья…

Во мгле – ни всплеска, ни огня…

Е л е н а

Ты словно слился с этой ночью –

Влюблен в нее ты, не в меня…

Ф а у с т

…Люблю – не скрою – я ее

Любою – доброю ли, злою –

Простершею крыло свое

Над тихой, спящею землею…

Весна – в ней есть изъян один лишь –

С весною – ночи все короче…

Е л е н а

…Поэта с ночью не разнимешь…

Ф а у с т (глядя в окно)

…Поэты – это дети ночи…

Всю ночь мы слушаем и ждем…

Вся жизнь – тревожная, челночья, –

Все, что известно станет днем –

Все! – происходит черной ночью!..

Он оборачивается к Елене, берет ее за руку, ведет по кабинету… Все предметы в комнате, освещенные серебристым светом луны и отбрасывающие диковинные тени, кажутся еще более таинственными и загадочными, чем они есть на самом деле.

…И по ночам – иначе слышатся знакомые имена,

И кажутся каббалистическими знаками

Древнеарамейские таинственные письмена

На белом фоне новокалидонской раковины…

(Оставляет Елену, вновь подходит к окну.)

…Чреваты встречи по ночам

В углах, луной преображенных…

И льнет ночь – кошкою – к плечам

Убийц, воров и прокаженных…

…Пиши о том – скрипи пером,

Склоняясь над столом все ниже –

Как з а о к н о м грохочет гром,

И как опасна жизнь в П а р и ж е,

Пиши о жизни кочевой

И о любовных муках «страшных»,

Но стоящего – ничего! –

Как ни старайся – не создашь ты,

Пока ты темным небесам

Не бросишь громогласный вызов,

Пока ты не услышишь с а м

Нечеловеческого визга

В ночи загубленной души;

Все можно – врать себе нельзя лишь! –

Живи, наверстывай, спеши,

Пока ты сам все не узнаешь –

Как в гиблых топях стонет выпь,

И как скушны пиры Лукулла,

Как выступает – всюду – сыпь

От исступленного разгула,

Как преет золото в горшках

Под океаном, в трюмах древних,

Пока ты не узнаешь, как

Скрипят ключи в замках тюремных,

Как – за ночь! – можно поседеть,

Как весел звон фальшивых унций,

Пока не ощутишь – в себе! –

Изгоя, бога и безумца!..

Фауст замолкает. Пауза. Вдруг, взглянув на часы, Фауст быстро направляется к столу, на котором все уже приготовлено для составления «адского зелья». Он начинает «колдовать» с сосудами, склянками с порошками и растворами, отмеряя их, взвешивая, переливая, пересыпая и перемешивая… Елена молча наблюдает за ним.

…Так… Четверть унции гвоздики…

И чемерицы с амброй серой…

…По грану – ладан с лавром диким,

И – по два грана – мак и сера…

…Еще добавим – чуть! – нашатыря…

…Кровь горлицы и мозг нетопыря…

…Еще сюда – концы павлиньих перьев…

…Все это – с мятой – заварю теперь я…

Е л е н а (сосредоточенно о чем-то думая, Фаусту)

…Скажи мне, если я бы вдруг взяла…

Ф а у с т (бросив на Елену беглый взгляд)

…Сегодня ты, мой друг, невесела…

Е л е н а (отмахиваясь)

…Ах, Фауст, мне не до веселья!..

Ф а у с т (склоняясь над закипевшим месивом)

…Вот и готово наше зелье!..

(Разливает «зелье» в два бокала, берет один, дует на жидкость.)

Е л е н а (продолжая свою мысль)

…И отреклась от своего бессмертья…

Ф а у с т (пригубив, с досадой)

…Забыл взять трокагадскую синельдь я!..

Е л е н а

…И приняла бы, скажем, вашу веру…

Ф а у с т (еще раз пригубив, удовлетворенно)

…Зато все остальное – точно в меру!..

Бьют часы. Полночь. Елена хочет продолжить, но Фауст вдруг прижимает палец к губам, призывая ее к молчанию. Он прислушивается к чему-то там, за стенами дома…

Е л е н а (кричит, потеряв терпение)

…Ты слышишь что-нибудь?!.

Ф а у с т (все так же прислушиваясь, шепотом)

…О, да!..

(Подзывает ее.)

…Я и тебя зову т у д а…

(Елена подходит, садится к столу напротив Фауста, он подвигает ей второй бокал.)

…Где полночь звездная тиха,

Где разум – с магией сливается,

Рождая музыку в стихах,

И сердце – дрожью отзывается…

(Выпивает «зелье». Еще какое-то мгновенье прислушивается к чему-то, и вдруг проваливается в какое-то полубезсознательное состояние. Не выходя из этого состояния, он пытается пересказывать то, что он видит и слышит, Елене… )

…Все начинается, Елена,

Виолончельной кантиленой…

…И – ти-и-хо, ме-е-едленно – mein Gott! –

Вступает тре-епетный фагот…

…Карета… фонари… форейтор…

Версаль. Фиоритуры флейты…

…Вдруг – Африка, литые мавры

Несут калифа… Гром, литавры…

…Растет фатальное глиссандо –

Идут фаланги Александра…

…Кричат голодные волчата…

Речитативы, пиччикато…

…Льнет к небесам за влажной тучею –

В слезах – адажио летучее…

Потом – глаза, и руки, губы,

Тромбон и ма-а-аленькие трубы…

…И все кончается – расплывчато –

Вновь кантиленой переливчатой…

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Силы оставляют его, уже сквозь сон:

…Елена!.. Надо торопиться!..

Елена склоняется над ним.

…Вновь я один на берегу…

Ты обернулась белой птицей –

Тебя поймать я не могу…

Е л е н а

…Я здесь, с тобой, мой птицелов,

Я здесь, как в зной – морская влага,

Как теплый ветер с островов

Эгейского архипелага…

 

11. Фауст и Мефистофель-«Монах»

«Монах»

Все встанут пред столом судейским

В земле священной иорданской –

Будь то Агриппа Неттесгеймский

Или Эразм Роттердамский!..

И ты!.. Глаза закрою лишь –

И вижу – ты в огне стоишь!..

Ф а у с т

Что ж! – выбрал сам я участь эту:

Огонь всегда к лицу поэту.

«Монах»

…»По-э-эт!..» Оставь ты эту спесь:

Есть Божий дар, по крайней мере,

Но нет твоей заслуги здесь –

С чего ж ты так высокомерен?..

Ф а у с т

Да не в бою я взял свой к л а д,

Здесь возражать я не намерен.

Но так же горд аристократ,

Так царский сын высокомерен,

И величав он, и нескромен,

Хотя его заслуги нет

В том, что з а ч а т он был на троне,

Что принцем он явился в свет!

Так я – наследник по прямой

Всех, кто воспел, кто создал что-то –

Орфей, Гомер, Петрарка, Джотто –

Стоят безмолвно за спиной!..

О н сам безбожно всех запутал –

Пусть осторожен будет впредь:

Ведь глупо ждать, что я забуду

О том, что я умею петь!

Ждать, что волшебною свирелью –

Орехи буду я колоть!..

Какого ж хочет Он смиренья,

Когда поют и дух, и плоть?!.

Бездарность может быть смиренна!

Смиренно – служит пономарь…

Поэт – на серый холст Вселенной

Кладет лазурь и киноварь!..

Не стать ему уж страстотерпцем,

Иная доля его ждет,

Его пылающее сердце

Любое рубище прожжет!

Поэт – нескромная работа!

Всегда – как Лейденский пророк –

Он будет раздражать кого-то,

Всегда он – горд и одинок!

«Монах»

Ты душу, Фауст, опалил,

Но Он все ж был с тобой доныне –

Вот так Архангел Рафаил

Сам погубил себя гордыней!..

Ф а у с т

…Когда просить и у кого

Прощенья мне – и сам я знаю.

Я чту в с е Праздники Его,

И, как могу, их соблюдаю:

Он дал мне жизнь, и дал мне стих,

Но не дал мне – при жизни – крылья;

Впервые в Праздник Всех Святых

Учебник Магии открыл я!

Я окунулся в этот мрак,

Над бездной занавес я поднял –

Я с чертом подписал контракт

В день Обрезания Господня!

…И в неба синий беспредел,

Смущая души добрых немцев,

Я с церкви Ламберта взлетел

В день Сорока Тысяч Младенцев!..

…И Валентин, с которым нас

В недобрый час свела судьбина,

Моей рукой убит как раз

На день святого Валентина!..

…Не знаю, как и отчего –

Твой, Дьявол, промысел, конечно! –

Так сплелся календарь Его

С моей судьбой – преступной, грешной…

 

12. Ф а у с т.

…Вновь плачет Добрый Ангел надо мною…

Я породнился кровью с вечной тьмою,

Холодный ветер… Света луч – все эже…

И уж не знаю, стоя в этой стуже –

Не предпочел бы страшному родству я

Жить просто так, бесцельно существуя,

Клочок земли свой плугом обрабатывать,

Просить дождя у облака горбатого,

И пить вино устало из кувшина,

И слышать за спиной дыханье сына,

Хвалить жену за суп, за рукоделье,

«Единой плотью» быть с ней раз в неделю

На дедовской ореховой кровати,

И почитать курфюрста, Божью Матерь –

Что б обошли семью и дом напасти,

И причащаться – Боже мой! – на Пасху,

Священнику с почтением внимая

И слов его совсем не понимая…

 

13. Мефистофель и Елена

М е ф и с т о ф е л ь.

…О, женский ум убогий!..

Афидн… Египет… Троя…

У ног лежат все боги,

Цари, вожди, герои!..

И – пальцы вдруг разжать,

Все выпустить в мгновенье,

Чтоб н е м ц а ублажать!..

Варить ему варенья,

Растить в горшках цветы

И – фаустят ораву…

Нет, не царица ты –

Рабыня!.. Hausfrau! –

«…Дочь Зевса!..» Гонор, спесь –

На статуи и храмы

Переведен был весь

Паросский белый мрамор!..

Но – шут, трепач, «по-эт» –

Лишь встретился и – что ж с ней?..

Ты – не богиня, нет,

Ты – смертных всех ничтожней!

…Раздуть вселенский миф!..

Такой устроить хаос!..

И – «жалко ей олив…» –

Прощайте, Frau Faust!..

 

14. Мефистофель и Елена. Полет

М е ф и с т о ф е л ь.

…Закрой на все засовы дверь,

Стань лучшею женой на свете,

Но ваше счастье лишь – поверь! –

Два дня продлится, а на третий –

В грозе ль, встряхнувшей небеса,

Иль в ветра неумолчном вое –

Услышит вновь он… го-ло-са,

И – выпрыгнет в окно ночное!..

Затемнение. В темноте – только голос Мефистофеля.

…Строй дворцы, золотые ограды,

Обещай все красоты, все клады,

Все сокровища, тайны Эллады –

Он уйдет. Его ж д у т. Ему н а д о.

…Ставь ловушки, капканы, преграды,

Приводи легионы-армады,

Зови Зевса, на помощь, Палладу –

Он уйдет, убежит – ему н а д о !

Постепенно возвращается свет. В вечернем небе летят Фауст и Елена.

Голос Мефистофеля

…Строй ему в облаках анфилады!..

Обволакивай негой-прохладой,

Заворачивай в птичьи рулады –

Он уйдет!.. Улетит!.. Ему – н а д о !..

Летят Елена и Фауст.

Голос Елены

…Пусть полет этот – часть лишь обряда

(Без полета – легенда ль, баллада,

сказка ль, быль – разве может закончиться?..) –

Что же ты не довольна, не рада –

Он – с тобою, он здесь еще, рядом –

Жестом, вздохом ли, голосом, взглядом!.. –

Что ж еще тебе, женщина, надо,

И чего же еще тебе хочется?..

…А ему ведь – лишь в том вся отрада,

Чтоб укладывать в сеть звукоряда

Свои вещие сны и пророчества,

И – в преддверии Рая ли, Ада –

Но – закончить с в о ю «Илиаду»! –

И чего ж тебе, женщина, хочется?..

…Загораются звезды – Плеяды…

…Проплывают Кавказа громады…

…Тают дымные рощи Эллады…

…В этот миг – он с тобой еще, рядом –

И чего ж тебе большего хочется!..

 

15. Фауст, Мефистофель, Елена. «Импровизация» № 2.

Ф а у с т

…Надо бы…

М е ф и с т о ф е л ь

…Что?.. Говори ясней.

Ф а у с т

…Надо бы что-то придумать с ней…

П а у з а .

…Развеселить ее надо, Демон…

М е ф и с т о ф е л ь

Развеселишь ее, как же!.. Где нам –

Я ей твержу, мол, «не думай, брось!..» –

Осмотрит не на меня – а сквозь,

И – ни жива сидит, ни мертва…

(Голосом уличного комедианта громко объявляет.)

… «Импр-р-ровизация нумеррр два!..»

Вновь, после столь продолжительной паузы,

«Импр-р-ровизации доктора Фауста!..»

…Публика ждет уже, не дыша!..

(Елене.)

…Тему, богиня!..

Елена молчит.

                         …Слово!..

Е л е н а

                                      …Д у ш а…

М е ф и с т о ф е л ь (подхватывая)

…Браво!.. «Душа»!.. Ну, уж в этом он дока!..

…Не было чтобы Душе одиноко –

Мы к ней добавим – куда ей без них? –

Ангелов Добрых и… Ангелов Злых!..

Я от восторга заранее плачу!..

Только… не слишком легка ли задача?.. –

Мой gourmandisе меня все же погубит!.. –

…Пусть все с одною лишь рифмою будет!..

(Голосом предводителя хора в древнегреческом театре, Елене.)

…Рифму, богиня, скажи нам, – не прячь под молчанья вуалью!..

Е л е н а

(безучастно)

…Здесь – все с печалью рифмуется…

М е ф и с т о ф е л ь

(«выхватывая» у нее слово и «перебрасывая» его Фаусту)

                                                                   …Все зарифмуем с  печалью!

Взмахивает руками – смычки взлетели над скрипками, невидимые пальцы тронули струны арф…

Ф а у с т

…С перечнем длинным грехов за плечами

Встала Душа на пороге прощальном…

…Добрые Ангелы – Душу встречали,

И сокрушались, и привечали,

Нежно – лесными ручьями – журчали,

Сладкими увещевали речами…

И покаянным словам обучали –

Все, окаянной, простить обещали…

…Злые – от слов этих сразу дичали:

«Были, мол, души – да все измельчали!..

Хочешь, от злости чтоб, – Злые кричали, –

Бесы на части тебя растачали?!»

И – для наглядности ли, сгоряча ли –

Сами, как страшные Бесы, рычали…

…Добрые – вновь доброту излучали,

Ключ от церковных ворот ей вручали…

…Ей же, усталой, хотелось – ключа ли? –

Лишь одного – чтоб скорее кончали…

…И пока Злые рычали-стращали,

И пока Добрые им отвечали

(Только Душа увидала случайно –

Будто звезда загорелась, свеча ли…)

К облаку белому тихо причалил –

Цвета небесного – Ангел Печали…

…Злые – плевались, глазами вращали,

В сторону Добрых смотреть запрещали,

Добрые – Душу к себе залучали,

Злых заглушая, свистели, пищали,

Дулись обиженно, снова прощали…

…Был неподвижен лишь Ангел Печали.

…Пели, взывали, клялись, обличали,

Ключ забирали – и вновь возвращали,

Крыльями в хрупкие груди стучали…

…Тих был и кроток Ангел Печали.

…И потянулась Душа вдруг отчаянно:

«Где ж ты летал до сих пор-то, молчальник?!..

Что ж мы не встретились раньше, вначале?..

Как же друг друга мы не замечали?..

…Мальчик небесный с ночными очами,

Как мы бродили б с тобою ночами,

Как бы мы славно с тобою молчали,

Друг мой единственный, Ангел Печали!..»

…Скрипки, прощальные, зазвучали…

…Тихо заплакал Ангел Печали…

…Но уже громы гремели, трещали,

Грозные силы землю качали…

Ожили тени, заверещали,

Душу схватили – и в темень умчали…

 

16. Мефистофель. Последний день.

У порога дома – сидит Мефистофель – летописец и охранник. Поглядывая время от времени через открытую дверь на Фауста, он делает очередную запись в свои «мемуары»:

«…Вот и прощанья день настал

Со светом белым…

Весь день бумаги он листал,

Был занят делом…

Чтоб очень он грустил, скорбел –

Не замечал я…

Уже стемнело… Он сидел

Над «Завещаньем»,

Качал задумчиво челом:

Кому и что, мол…

…Я – больше чувствовал, чем он

Тоску-истому!..

…А все же – что ни говори –

Есть что-то в этом:

Вот так, от всех «своих» вдали,

Пожить с поэтом,

Дурных привычек перенять

Такую груду!..

Да… Кровь с любовью рифмовать

Я долго буду…»

(Захлопывает тетрадь с «мемуарами». Заглядывает в дверь.)

…С ним ясно все: не убежит!..

(Прищурившись, смотрит в небо.)

                    …Пойти мне, что ли,

Вираж последний заложить

                    Над здешним полем?..

Оставить в небе – помни нас! –

                    Прощальный росчерк,

И оглядеть – в последний раз –

                    Пруд, сад и рощу…

 

17. Фауст. «Завещание»

«…Высокомерен, – люди говорят,

И холоден…» – все так, но лишь отчасти,

И я все помню – каждый добрый взгляд,

И слово каждое поддержки и участья,

Но только никому еще – в свой срок –

Слов благодарности, любви сказать не смог –

Все думал: позже, как-нибудь, успею…

Так мать ушла – я не простился с нею.

Так многие ушли, кто был мне дорог –

Кто в тридцать семь, а кто, как я – за сорок…

О, голоса небесные! – не вы ли

Меня так оглушили, ослепили,

Астральным бредом голову вскружив?..

Успеть проститься б с теми хоть, кто жив…

И, может быть, вот это «завещанье» –

И просьба о прощенье и – прощанье…

(продолжает писать)

«…Дарю тебе я, Франц фон Зиккингем,

Собрание прекрасных древних гемм…

…Агриппе-магу, другу и сопернику,

Дарю все письма Босха и Коперника…»

(Осматривается, видит, глядящие на него слепыми зрачками, бюсты «древних»…)

…Вы помните, увенчанные лавром,

Ваганта, молодого бакалавра?..

Он шлет поклон вам, стоя перед бездною…

(Пишет.)

«…Все глобусы, земные и небесные,

Торкветы, астролябии, все карты

Бюст Пифагора, зеркало Астарты,

Тибетский череп, кельтский древний герб,

Все – в университет мой, в Гейдельберг.

…В цирк Йоргенса – кимвал с китайской арфою,

Ручного волка, кобру с черепахой…»

(Наливает вина из кувшина, пьет; взгляд его задерживается на кубке)

«…Все емкости – пиалы, кубки, амфоры –

Отправить в погребок Ауэрбаха».

 

18. Фауст и Елена. Последний день

Ф а у с т

…Я вспомнил, как ты ночью тихо пела…

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

…Я сделаю все так, как ты хотела…

…Встань, подбери заколки все и серьги…

…Я попрошу Его о милосердье…

За этот дар – с тобою рядом жить –

Я буду – как никто – ему служить!..

 

…Я Мессы ни одной не пропущу,

И встану ближе всех у алтаря я,

Я дух свой усмирю и укрощу,

Слова псалмов и кантик повторяя!..

…Мой затяжной недуг – преодолим!..

Я буду кроток, все молитвы вспомню,

Я замолю грехи, в Иерусалим

Пойду пешком ко Гробу я Господню!..

…Приму все епитимьи, все лишенья,

Взращу в саду маслину и алоэ,

И каждый вечер, до изнеможенья,

Молиться буду я у аналоя!..

 

19. Фауст. Молитва

…Ты слышал ведь все – так зачем повторяться?..

Ну, хочешь – завою, как воет зверье?..

О, Боже, мы все на земле – постояльцы,

Но дай задержаться мне возле нее…

…Ну, хочешь – я книгу составлю большую,

А хочешь – огромную – с фактами – речь,

Где людям о нечисти все расскажу я,

Чтоб нового Фауста предостеречь!..

… О! – дикая жажда вдруг – жить! – обуяла…

Смиренный, целую я знамя Твое –

Но пусть лишь – ни смертный, ни бог и ни дьявол –

Кто б ни был – другой не узнает ее!..

…А хочешь, – заставлю – споет «Аллилуйя»

Индусское племя, татарский улус…

…Я ей обещал, что грехи замолю я –

Ты видишь, я слово сдержал – я молюсь!..

Я всех приведу, обращу, завоюю,

Вдолблю всему миру я Имя Твое,

И кровью во Имя Твое все залью я –

Но пусть лишь другой не обнимет ее!..

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

…Да что ж это делаю, что говорю я?..

Я – жалкий, презренный, ничтожный моллюск!

Я е й обещал, что грехи замолю я –

Но, Боже, не верь, что я вправду молюсь!..

 

20. Сон Елены

…Мы бежим с тобою где-то –

Рядом падает река –

Вдоль гранитных скал, одетых

В бархат папоротника…

…То изломы, то провалы,

То – ноги гигантской след…

Как живая, дышит лава,

Остывая тыщи лет…

…Отдаются эхом, гулом

Голоса – и твой, и мой…

…Открывается лагуна,

Освещенная луной…

Застываем на бегу мы…

Мальчик к нам идет хромой…

Розы дивные лагуну

Окаймляют бахромой…

Мальчик манит тебя пальцем,

Мир в лагуне и покой…

…И за розою бенгальской

Вдруг ты тянешься рукой…

И – срываешься в лагуну –

След кровавый за тобой:

И огромная акула

Вырастает над водой…

… И – с разрезом глаз ногайским

Мальчик – весело поет,

Машет розою бенгальской

И меня к себе зовет…

 

21. Фауст и Мефистофель. Финал.

М е ф и с т о ф е л ь (вздыхая)

…Последние свои мгновенья

Так просидеть в оцепененье,

В огонь уставясь равнодушно!..

С тобою стало даже скушно…

А как украсила бы сразу

Дневник мой этакая фраза:

«За миг перед отправкой в б е з д н у

Пресечена попытка к бегству!..»

(Горячо.)

…Старик ведь ждет тебя, покайся!..

Живи, в любви ее купайся,

Греши, молись, в себе копайся –

И разовьешь, раскрутишь тему –

Напишешь новую поэму,

Тьму мадригалов и сонетов!..

Ф а у с т (обрывая его)

…Я не прошу твоих советов!..

…Я музыку небесного клавира

Читал с листа, блуждая по Вселенной,

Я обладал сокровищами мира,

Я был любим Прекрасною Еленой!..

…Ты – действуешь по плану, по уставу,

Я – сам решаю все в своей судьбе.

Ты – Демон Зла и служишь Злу во славу –

Я не служу ни Богу, ни тебе!..

…Так и теперь – я э т о сам решу.

Я расстаюсь с бессмертною душою –

Во имя познанного, созданного мною –

Я добровольно ее в жертву приношу!

Хватай ее, тащи к себе в берлогу!..

Я ж в этот миг подобен Богу,

Когда он – так же – в жертву Сына –

За сотворенный мир приносит…

Бьют три удара.

(Вздрагивает, кутается в плащ, жадно всматривается в освещенный луной сад.)

…Смотри – как холодно и сыро,

И все ж – чудесна эта осень!..

М е ф и с т о ф е л ь

…Да, Фауст, – есть свобода, верно,

Есть воля в выборе твоем…

Но только вспомни ты, к т о первым

Был в этом мире бунтарем?..

Кто плюнул на чины и ранги,

Кто изгнан был из высших сфер?..

Он – Князь Востока – Падший Ангел –

Властитель Ада, Люцифер!

Творец злых помыслов и слухов –

Он выбрал вечную дуэль! –

Змий, подстрекатель – Самаэль –

Отец Злых Демонов и Духов!..

Земной, небесной, мировой –

Какой бы ни был Демон сферы –

В нем тлеет искра Люцифера,

В нем дремлет дух его живой!..

Да, приґ няв все его дары,

Повадки переняли те ж мы –

И спит в нас только до поры

В бесплотном теле Дух Мятежный!..

Я не отдам тебя ему!

Я замысел его разрушу!

Я знаю, Фауст, почему

Так хочет взять он твою душу.

Ведь он не с каждым заключит –

Не-ет! – договор т а к о г о рода,

Т а к далеко не всех он чтит –

Что ж у него, там, нет народа?..

О-о… тьма! Поток всегда не плох,

Без них-то – можно перебиться…

Но тот, кого взлелеял Бог!..

Похитить у Него – любимца!..

Характер мощный и большой –

Не шлак, не мелочь, как обычно –

Поэт – с мятущейся душой –

Его желанная добыча!

Ведь он – каким бы ни был тертым –

Всегда – о д и н. Лед, холодина –

Сидит – как мать с ребенком мертвым –

С душою черной, вмерзшей в льдину…

И что ему все пепелища,

Что – наша лесть, и что – восторги?..

Он утешенья в равном ищет,

В тебе он ищет брата в скорби!

………………………………………………………..

…Там, наверху, сейчас скандал –

Кружат враждующие стаи…

Да, я минуты этой ждал.

Я сети сам тебе расставил.

Твой раб (лишь пальца мановенье –

Быстр, исполнителен и точен) –

Как ждал я этого мгновенья,

Как я мечтал об этой ночи!..

Кем был я?.. Шут, без божьей искры

Так, посмеялись – и забыли…

Тебя ж – «печального магистра» –

Все обожали, все любили!..

Я здесь, я – там, и всюду – я –

Столы трещали в изобилье!..

Но женщины всегда тебя –

За широту души – любили!..

…А сколько раз, невидим, я

Мечу цитаты – Плавт, Вергилий…

Но женщины всегда тебя –

Такого умного – любили!..

Я, по дворцам-ларцам скребя,

Ограбил мир – в глазах рябило!..

Но эта публика – тебя –

Такого щедрого – любила!..

…Я, о тебе везде трубя,

В глаза пустил всем тучи пыли!

Ты можешь умирать – тебя

Уже

         потомки

                         полюбили!..

…Да, ты меня не замечал –

Ты был собою вечно занят!..

Я все терпел, сносил, молчал,

Я ждал – возмездья, наказанья…

Я знал – в котле иль на дыбй –

Забудешь гонор свой в Аиде…

Да, я завидовал тебе.

И презирал,

                      и ненавидел;

Узнал я, что и мне дано

И гнев испытывать, и жалость,

И – ко всему – еще одно

Смешное чувство примешалось;

Не замечал ты – слеп ты был –

Любви нелепой проявленья…

Да, Фауст, я тебя любил

И ревновал тебя к Елене…

Я не юродствую, не лгу:

Я сам не ждал, что так все выйдет…

Душа твоя… Я не смогу

Ее униженной увидеть.

Беги!.. Спасайся!.. Пусть вопят

Все духи Ада возмущенно!..

Ф а у с т

…Но – ты?.. О н спросит ведь с тебя?!.

М е ф и с т о ф е л ь

…Пусть буду в камень заточен я,

Пусть о н сломает мне рога,

Пусть гнить мне в топях мокрой выдрой –

Но знай, что Дьявола слуга

Однажды

                 тоже

                            может

                         выбрать! –

Беги!..

Ф а у с т

…Ох, Демон!.. Все б смущал,

Все б дергал ты больную душу…

О н – все сдержал, что обещал –

Так как же слово я нарушу?..

М е ф и с т о ф е л ь (в отчаянье)

…Спасайся, Фауст!.. Я – всерьез!..

Ф а у с т

Шутить и я тут стал бы вряд ли,

Но – клятву, я ему принес –

И буду верен этой клятве…

Вновь бьют три удара. Мефистофель, закрыв лицо руками, отступает в глубину и сливается с темнотой. Фауст остается один.

 

…Вновь душу холодом объяло…

И тень рогатую твою –

Черт, сатана, шайтан ли, дьявол –

Кто б ни был ты – я узнаю!

Я слышу, как ты приближаешься

Ко мне шагами осторожными…

…В ночи, пронзительно и жалостно –

Как горько! – плачет новорожденный;

Что ждет его – судьба ли схимника,

Преступное лихое счастье ли –

Иль чаша с ядом у алхимика,

Иль в церкви чаша для причастия?..

……………………………………………………..

…Печальна полночь расставанья…

Растет в земле гигантский гриб,

И, с Марсом в противостоянье,

Взошла Луна в созвездье Рыб…

 

22. Фауст. Последняя молитва.

…Лукава, жеманна, коварна, капризна –

О, сколько ж извел этой ругани я!..

Будь благословенна же, ныне и присно,

Елена – подруга – супруга моя!..

Тебя обнимая – прощаясь! – целуя,

Последними в жизни слезами зальюсь…

Тебе обещал, что грехи замолю я –

Ты видишь? Я слово сдержал – я молюсь!..

Я делаю шаг уже в Ад из Эдема,

И все дорогое с собой уношу:

Грозу ли в июле, перо ль с диадемой,

Поэму ль, которую не допишу,

Движенье ли, слово ль, прогулку в лесу ли,

Весь краткий – богини с поэтом – союз…

…Сольешься ты снова с небесной лазурью,

А я – с этой ночью навеки сольюсь…

…И в этой, нескладной – последней – молитве

О главном не смог я… Ну, значит – потом…

…Проснешься ты завтра уже на Олимпе,

Ты – дома, а я… Ну, да хватит о том.

…О, как же – твои поцелуи воруя

И плача – тебя разбудить я боюсь!..

И, может, приснятся тебе поцелуи,

Приснится тебе – там – наш странный союз;

Но – сон свой оставив в тени кипариса –

С Тезеем? С Парисом? – покинешь меня…

…Будь благословенна же, ныне и присно,

Елена – царица – богиня моя!..